Какие положения проекта больше всего раздражают Россию и когда он может быть принят, "ДС" поговорила с представителем украинской делегации в ТКГ Сергеем Гармашем.

"ДС" Министр во вопросам реинтеграции оккупированных территорий Ирина Верещук заявила, что Кабмин не будет отзывать законопроект о переходном периоде из парламента, чего требует Россия, хотя раньше на Банковой утверждали, что этого требуют и Берлин с Парижем. Ситуация изменилась? Почему в Европе решили не давить на Киев в этом вопросе?

С.Г. Рассматривать его прямо сейчас вряд ли будут в связи с напряженностью общей ситуации вокруг Украины со стороны России. Но его никто не отзывает, проект зарегистрирован, подготовлен и когда будет подходящий геополитический момент, его вынесут на голосование.

Упомянутые страны, учитывая их опасения острой реакции со стороны РФ, очень осторожны в этих вопросах. Недавно и Зеленский в своем интервью отметил, что они требуют по этому законопроекту, может быть не снятия его вообще, а снижения активности в этом процессе. И я вполне это понимаю.

"ДС" Какие положения законопроекта вызывают наибольшее раздражение России, и возможно ли их снятие либо приведение к такому виду, который не вызывал бы истерику Кремля?

С.Г. Главный пассаж, не устраивающий Москву, в том, что Россия названа стороной конфликта. Исходя из этого она теряет возможность навязать Украине прямые переговоры с главарями квазиреспублик Донецка и Луганска.

Далее, их не устраивает невозможность, в соответствии с этим документом, легитимизации их вооруженных формирований, т. н. "народной милиции". И, естественно, невозможность проведения выборов до того, как будет взята под контроль Украины оккупированная территория Донбасса.

Вместе с тем, нельзя сказать, что если убрать какой-то пункт, то они будут согласны. Их принципиальная позиция в том, что могут приниматься только российские варианты документов и специально в такой форме ведут диалог, как будто хотят какой-то показательной нашей капитуляции. И делают это так, чтобы компромисс не мог быть приемлемым. Мне сразу, как только я попал в эту ТКГ, это бросилось в глаза. С тех пор мало что изменилось.

Западных партнеров же не устраивает то, что Россия расценивает это как выход из Минских соглашений. Почему она занимает такую позицию, сказать нетрудно: Россия вообще не признает своих обязательств по Минским соглашениям, их это не очень беспокоит. Не выполняя эти соглашения, Москва к тому же интегрирует оккупированные территории в свое военное, политическое, экономическое и информационное пространство. А мы, получается, в это время должны сидеть и ничего не делать. Поэтому наша позиция тоже должна проявляться и оформляться в конкретные действия. И этот законопроект формулирует отношение нашего государства, как оно собирается решать проблему Донбасса.

"ДС" Почему в документе не отражена принципиальная для Киева позиция о том, что выборы на Донбассе должны проводиться исключительно после передачи законной власти контроля над российско-украинской границей?

С.Г. Действительно, для нас это красная линия и вопрос, который постоянно озвучивается. Это условие Украины и нашего руководства на всех переговорах. По поводу законопроекта - не владею информацией, поскольку не имею отношения к его разработке.

"ДС" В чем суть ключевых замечаний Венецианской комиссии к проекту? Изменится ли он коренным образом, если Рада переработает документ в соответствии с ними?

С.Г. Там какие-то мелочи были по нескольким пунктам. Это не та же самая позиция, что и у России, которая говорит: "мы не будем в принципе это обсуждать". У Венецианки есть несколько отдельных позиций и после этого было сказано, что закон будет дорабатываться.

"ДС" Какую роль проект может сыграть на нынешнем этапе многосторонних консультаций по Донбассу?

С.Г. Учитывая, что сами переговоры сейчас в тупике, вряд ли это может быть каким-то козырем. Безусловно, необходимо иметь план, какие-то разработанные документы и вообще алгоритм действий, чтобы ни у кого не возникало возможности упрекнуть нас, что мы якобы не знаем, что делать с этой территорией, не можем и не готовы ее реинтегрировать. Наоборот, мы четко понимаем, что мы хотим и демонстрируем это в нашем проекте. Другое дело, что все украинские инициативы касаются не только этого законопроекта, а любая наша инициатива блокируется, потому что они взамен требуют от нас неприемлемых политических уступок.

То есть Россию интересует не столько снятие этого законопроекта, а чтобы мы вели прямые переговоры с Донецком и Луганском. Но если его отозвать, это, думаю, отразится на внутриполитической ситуации в Украине. Хотя, по сути, это ничего не меняет, потому что через какое-то время его опять можно было бы внести на рассмотрение. Думаю, в России это тоже понимают, поэтому настаивают на публичной отмене, надеясь заодно дестабилизировать этим и политическую ситуацию внутри Украины.