Томос не отберут - эта фраза, за последние несколько дней была повторена столько раз, что достойна стать мемом.

Ее повторили с разными интонациями патриарх Филарет, митрополит Епифаний, епископы, чиновники и многоголосый хор коллег. Некоторые - по десятку раз.

Это хорошая новость. Но что же происходит в ПЦУ?

Тут нас поджидает еще один рефрен, впрочем, уже звучащий контрапунктом: "это - не раскол" или "раскол-раскол". В том, что никакого раскола нет, нас опять-таки наперебой убеждают епископы ПЦУ, лично патриарх и митрополит Киевские, а также ряд чиновников. Злорадное "раскол" звучит из уст оппонентов ПЦУ московской ориентации.

Также оказалось, что по-разному трактуется судьба УПЦ Киевского патриархата. Одни настаивают, что УПЦ КП была распущена перед Объединительным собором, и в Минкульте подтверждают, что эта религиозная организация была снята с регистрации. Но вот патриарх Филарет утверждает, что подписал согласие на роспуск УПЦ КП "временно", и она продолжает существовать в государственном реестре, а значит, и в юридическом поле Украины.

Что ж, патриарх Филарет всегда умел привлечь к себе внимание, и в этот раз он воспользовался этим умением в полной мере.

После того как не случился епископский слет, на котором, предположительно, должны были обсуждаться перспективы локального переворота в ПЦУ и возвращение к власти патриарха Филарета, патриарх даже не подумал успокоиться и смириться. Не в его привычках. Напротив, он, по своему обыкновению, пошел напролом. Вечером 14 мая он выпустил в свет заявление, в котором подтвердил свои претензии на власть в ПЦУ и на звание патриарха, раскрыл некоторые пикантные подробности договоренностей "по Томосу" и подтвердил "действительность" Киевского патриархата. Да, он продолжает существовать. Уже просто потому, что "раз есть патриарх - есть и патриархат". А патриарх есть, вот он я.

В своем заявлении патриарх обвинил в вероломстве почти всех участников томосной гонки - кроме себя самого, разумеется. Сам же патриарх оказался человеком, который всем пожертвовал ради дела и был обманут буквально всеми. В числе главных "изменщиков" - президент Порошенко, который уговорил выполнить требования греков в обмен на обещание, что патриарх и дальше будет править церковью, только уже "за ширмой" митрополита Епифания. Митрополит - птенец гнезда! - тоже обманул, шельмец. Обещал красиво висеть ширмой, а сам полез к рычагам управления.

И, конечно, греки. Томос-то они дали, да "не такой". Патриарх убеждает публику, что ПЦУ - не вполне автокефальная церковь, что это часть Константинопольской церкви. Митрополия в составе Константинопольского патриархата. Потому что если бы мы были по-настоящему автокефальной церковью, то у нас был бы патриархат.

Манипулятивность этого заявления очевидна - "патриархатов" в мировом православии значительно меньше, чем автокефальных церквей. Статус архиепископии вполне соответствует автокефалии, то есть полной и безоговорочной самостоятельности церкви. Отсутствие патриарха и статуса патриархата не мешает жить и действовать ни такой древней церкви, как Кипрская, ни такой эффективной церкви, как Элладская.

Но это, увы, далеко не единственное лукавство в заявлении патриарха. И все они также шиты белыми нитками толщиной в корабельный канат.

По словам патриарха, он согласился на "несовершенный" Томос за неимением лучших предложений. Но это не означает, что он готов отказываться от своей настоящей светлой цели - обретения статуса патриархата. За что и будем бороться. А раз бороться, то нужен во главе испытанной боец. Поэтому для начала во имя светлой цели изменим обещаниям, которые мы дали грекам ради Томоса - соберем собор и исправим устав. Боитесь, что Томос отберут? Не-ет, не отберут. Патриарх Варфоломей не сделает этого, чтобы не выглядеть смешно.

В общем, снова шантаж и манипуляции.

Возможно, патриарх потому так часто и отчетливо акцентирует, что его, мол, обманули - этим он пытается оправдать, сделать легитимным вероломство, на которое готов пойти сам и на которое подбивает собственный епископат. Если патриарх Варфоломей не станет "отнимать Томос" во спасение собственного лица, нет смысла держать данное ему слово - можно возрождать УПЦ КП и возвращаться к обычному образу жизни.

Именно с этой целью - вернуться к старому испытанному образу жизни - патриарх пытался собрать епископов. Он надеялся, что они его поддержат, потому что им-то зачем новшества? Ну и, наконец, политическая конъюнктура. Митрополита Епифания поддерживал бывший президент, а без его поддержки что он сможет? А вот патриарх уже навел мосты дружбы не только с новоизбранным президентом, но и с его патроном.

Обращение патриарха может показаться плодом истерики и во многом, наверное, им и является. То, что планы сорвались - епископы не приехали, не поддержали, обманули ожидания, а может, нарушили обещания, прямые или непрямые, - все это могло оказаться ударом, который даже такой закаленный боец не сумел встретить стойко. История то и дело повторяется - оказывается, что его собственный епископат вовсе не так однозначно поддерживает своего лидера, как лидеру хотелось бы думать.

Однако истерические нотки в обращении не меняют сути. Суть же обращения не содержит ничего нового - патриарх хочет вернуться на роль действующего главы церкви, хочет изменить устав с тем, чтобы вернуть к власти в церкви митрополитбюро, состоящее из угодных и угождающих ему епископов, восстановить статус патриархата и название - Украинская православная церковь, а не безродно-космополитичная "Православная Церковь Украины". Все то, что, по мнению патриарха, причитается ему по праву. И заодно понравится тем, кто привык видеть в нем гаранта или даже персонификацию украинской автокефалии.

Впрочем, тут патриарх несколько перегибает палку. Заявления в стиле "да если бы не я..." столь же смешны, сколь и сомнительны. Особенно на фоне его собственных откровений о том, как он шантажировал президента и Вселенский патриархат срывом Объединительного собора в том случае, если его требование сохранить за ним власть в ПЦУ будет проигнорировано. Еще смешнее читать строки о том, что если бы он захотел власти, то стал бы патриархом Московским. Смешно, потому что прекрасно известно, что он пытался стать патриархом Московским, но по результатам голосования уступил не только лидеру - патриарху Алексию II, но и будущему митрополиту Киевскому Владимиру Сабодану. Все это не такая давняя история, чтобы можно было так запросто ее фальсифицировать.

И уже предельно откровенно звучат апелляции к новой власти. Причем в качестве "свидетелей" призывается не только лидер президентской гонки Владимир Зеленский, но и, что уж совсем замечательно, олигарх Игорь Коломойский. Патриарх целится в яблочко - у него нет ни времени, ни желания ходить вокруг да около, он привык работать с теми, кто принимает решения, а не с теми, кто просто "лицом щелкает". Хоть и готов соблюдать правила игры. А может, ему просто нравится видеть, как дуумвират в церкви, где есть молодой и симпатичный, но при этом совершенно декоративный, глава и патриарх, который держит в руках все рычаги власти, дополняется аналогичным дуумвиратом в государстве. Или даже не столько "нравится видеть", сколько нравится показывать власти, что это допустимо, можно и даже "благословляется".

Епископы, как известно, отказали патриарху в поддержке. Но то, что переворот в "кабинетном" формате патриарху не удался, еще не означает, что история закончена и вопрос закрыт. Патриарх прекрасно знает свой народ, и если в его обращении вам слышится истерика, можете не сомневаться, что она хорошо рассчитана. Не найдя поддержки в епископате, патриарх обращается прямо к народу - как к своим верным, так и, даже в большей мере, "атеистам Киевского патриархата", отмобилизованным Томосом. Он почти искренен, когда говорит, что ему все равно, сколько архиереев его поддержит. А хоть бы и ни одного. Потом сами же и пожалеют и еще "подтянутся", когда окажется, что народное обожание и, соответственно, политические союзники (и спонсоры) - на стороне патриарха. Не хотели кабинетного путча - получат революцию. И никакие уговоры по поводу того, что "раскола нет - есть только разные мнения" не помогут. Это раскол и нечего тут миндальничать.

Вопрос в том, насколько этот раскол окажется велик. Удастся ли патриарху мобилизовать свой фанклуб и насколько он многочисленный. Если патриарх в своем радикализме не будет поддержан ни епископом, ни заметным числом приверженцев, раскол не состоится. То, что состоится, только маргинализирует патриарха Филарета.

Возможно, именно потому в речах епископов превалирует успокоительная нотка - никакого раскола, мол, всего лишь небольшие разногласия. Для ПЦУ единоличная радикализация патриарха - не только не приговор. Это ее шанс освободиться от того, что тянуло ее в прошлое. Даже если это прошлое не лишено блеска славы.