На прошлой неделе в украинском парламенте выступал Мартин Шульц - президент Европарламента, международный политик из Германии. Визит высокого гостя в Украину был приурочен к подписанию Меморандума о взаимопонимании между парламентами Украины и Европейского союза. Во время выступления в Верховной Раде Шульц, от имени Европейского содружества, выразил слова поддержки Украине и украинскому народу.

Мартин Шульц был избран президентом Европарламента в 2014 году - после 20-летней карьеры в структурах Европейского парламента, куда впервые успешно баллотировался в 1994 году. До этого он работал в издательском бизнесе и был членом социал-демократической партии Германии.

Forbes встретился с Мартином Шульцом 3 июля, накануне референдума в Греции. Частично в нашей беседе мы затронули проблематику греческого кризиса, а также уточнили у господина Шульца условия, при которых украинцы смогут рассчитывать на безвизовый режим. Еще одним вопросом, поднятым в ходе интервью, стало участие европейских банков в движении «грязных» денег из Украины. Ранее о проблеме согласия банков ЕС принимать на свои счета средства, которые добыты преступным путем, в беседе с корреспондентом Forbes говорили эксперты Центра противодействия коррупции. Еще одной важной темой интервью стали отношения Европы с Россией. Интервью публикуется в нашей посольской рубрике.

- Какие основные вызовы сегодня стоят перед Европой и Украиной, благодаря ситуации, что сложилась в стране?

- Ваша страна находится в чрезвычайно сложной ситуации. На востоке Украины проходят военные действия. С другой стороны, страна переживает тяжелейшие экономические проблемы. Мы видим основные вызовы в следующей последовательности. Во-первых, важной является реализация минских договоренностей. Во-вторых, необходимо проводить реформы, которые должны привести к экономическому росту. В-третьих, есть вопрос эффективного использования внешних средств для стабилизации ситуации в Украине.

- А в какой мере, по вашей оценке, Европа ощущает ответственность за Украину?

- Мой визит является ярким свидетельством того, что мы в полной мере чувствуем и осознаем свою ответственность за Украину. Вы знаете, что у нас на повестке дня стоят вопросы, начиная от греческого кризиса, и заканчивая проблемами с миграцией. Тем не менее, буквально за несколько месяцев, начиная с февраля 2015 года, мы разработали и подписали наш меморандум о взаимопонимании и сотрудничестве между парламентами Украины и ЕС.

- В какой мере ситуация с Грецией может повлиять на отношение Европы к Украине?

- ЕС необходима стабильность, чтобы быть мощным и надежным партнером, в том числе для Украины. Поэтому мы стремимся путем разрешения греческого кризиса укрепить стабильность в Европе.

- Какие в самом ЕС есть мнения в отношении того, что происходит в Греции?

- Члены еврозоны и Еврокомиссия подчеркивают свою готовность идти на сближение с Грецией.

- Говоря уже об Украине, какие два лагеря, различающиеся своим отношением к Украине, есть в ЕС?

- Я не вижу никаких серьезных различий по вашему вопросу. Все члены еврозоны едины во мнении, что Украина нуждается в дальнейшей нашей поддержке, включая политическую поддержку и осуждение односторонней аннексии Крыма. Единогласно утвержденные и введенные санкции подчеркивают единство наших взглядов.

- Буквально в апреле 2015 года в Берлине, во время встречи украинских и немецких журналистов, организованной Украинским еврейским фондом и Домом ванзейской конференции, мы слышали мнение немецких коллег о том, что вопрос Украины - вторичен, так как главный и самый важный партнер Европы - это Россия...

- Никто не отрицает, что Федеративная Республика Германия ставит отношения с Россией на особый уровень, уделяя им пристальное внимание. Это объясняется, с одной стороны, историческим развитием, так как у нас с РФ исторически сложились тесные отношения. Германия, опять же, только 25 лет назад объединилась, и существенная часть нынешней объединенной Германии длительное время находилась под влиянием СССР. Во многом объединение Германии произошло благодаря усилиям Михаила Горбачева.

Мне кажется, один тот факт, что нынешний российский президент несколько лет работал по линии КГБ в Восточной Германии, уже характеризует своеобразие и особенность наших отношений. Между Россией и Германией существуют особенные связи.

Тем не менее, это ничего не меняет в отношении того факта, что немецкое руководство четко выразило свое мнение по вопросам российско-украинского конфликта. Немецкое правительство, в частности, настояло на введении санкций против России. Понятно, что эти санкции отразились и на немецкой экономике.

- По вашему мнению, на какой уровень поддержки может рассчитывать Украина?

- Евросоюз выделяет большие финансовые средства для поддержки Украины. Мы продолжаем настаивать на соблюдении минских договоренностей. Между нами достигнуты конкретные договоренности о сотрудничестве. Я продолжаю настаивать на том, что Украина должна продолжать борьбу с коррупцией, и определенные достижения с этом направлении очевидны.

Если борьба с коррупцией будет успешной, это обеспечит предпосылку для изменения системы визовых отношений, а облегчение визового режима, естественно, поспособствует развитию экономических отношений.

- При каких условиях и в каком периоде украинцы могут рассчитывать на упрощение визового режима или его устранение?

- Это вопрос на засыпку. В сентябре мы получим доклад Еврокомиссии, и в зависимости от его результатов будут приниматься решения. Я не могу предугадать выводы, которые будут сформулированы с этом отчете.

Вкратце, условия для отмены визового режима таковы: успехи в борьбе с коррупцией; правовая надежность в стране и верховенство закона; действующая рыночная экономика. Я стараюсь избегать этого термина, но факт заключается в том, что олигархическая система все еще доминирует в вашей экономике. А вам необходима полностью рыночная экономика.

- Но при этом именно украинские олигархи, в отличие от простых граждан и среднего класса, имеют свободный доступ на рынки ЕС и к услугам ЕС, в частности, услугам финансовой системы Евросоюза. И братья Клюевы, и Дмитрий Фирташ относительно свободно до недавнего времени вели бизнес в ЕС. Есть ли в самом ЕС диалог по ограничению доступа на ваши рынки лиц, которые могут иметь коррупционные источники дохода тут?

- Я - не прокурор. А вы сейчас спрашиваете о деле, которое лежит, в моем понимании, в сфере деятельности именно прокуратуры.

Мы, со своей стороны, будем оказывать всяческую поддержку украинским органам, и, как я уже говорил, украинскому президенту, дабы решать этот и другие важные вопросы.

- Господин президент, пожалуйста, объясните, как расценивать тот факт, что европейские банки - в Швейцарии, Австрии, Лихтенштейне - продолжают принимать «грязные» деньги из Украины? Европа говорит нам, что Украина должна измениться. Но когда изменится сама Европа и перестанет участвовать в преступных финансовых потоках из таких развивающихся государств, как Украина?

- Я не располагаю глубокими данными о том, какие «грязные» деньги идут через европейские банки. Но, тем не менее, думаю, что финансовые отношения между Украиной и ЕС отвечают интересам обеих сторон. Также добавлю, что мы будем стремиться к полной прозрачности в этой сфере.

- Говоря о безопасности Европы и безопасности Украины, пожалуйста, расскажите, в какой мере Европа готова расширять санкции против РФ? Я говорю о стратегии ЕС в условиях как экономического риска, так и при военной угрозе для части ЕС. Например, поддержите ли вы эмбарго против РФ? Где граница между экономическими отношениями с РФ - и безопасностью самого ЕС?

- Мы стараемся сделать все, чтобы не ужесточать в дальнейшем эти санкции. Поэтому надеемся, что российская сторона полностью выполнит минские договоренности, и даже после истечения срока их действия будет их придерживаться. Мы считаем, что санкции в отношении РФ уже очень серьезны. Действие этих санкций может быть продолжено.

- Возможно ли дипломатическое разрешение конфликта на Донбассе?

- Я вижу не только такую возможность, но и необходимость этого. Так как альтернативой дипломатическому разрешению конфликта является решение конфликта методами военными, к чему мы ни в коем случае не стремимся.

Маргарита Ормоцадзе