Коронавирус SARS-CoV-2 продолжает уносить жизни повсюду в мире, в том числе в Германии. Однако в крупнейшей стране Евросоюза количество смертей остается на удивление низким. Как в относительных, так и в абсолютных величинах. Почему?

Показатели смертности в ФРГ и других странах Запада

Этот вопрос волнует многих жителей Италии и Испании, сравнивающих ход пандемии в своих странах и в ФРГ. Им задалась американская газета The New York Times, опубликовавшая на днях статью под заголовком "Немецкое исключение?". Его активно обсуждают в русскоязычных социальных сетях. Да и в самой Германии СМИ вновь и вновь пытаются объяснить очевидный феномен.

Действительно, на почти 111 000 официально зарегистрированных в Германии случаев заражения коронавирусом приходятся, по состоянию на 9 апреля, порядка 2200 смертей. Приблизительно столько же умерло, к примеру, в соседних Нидерландах и Бельгии. Только там численность населения составляет соответственно 17 и 11,5 миллиона человек, тогда как в ФРГ - 83 миллиона жителей.

В Италии на 140 000 официально инфицированных пришлось около 17 700 смертей, в Испании на 152 000 - 15 200, во Франции при 82 000 выявленных случаях заражения число летальных исходов приближается к 11 000. В самые последние дни в США за сутки стали умирать около 2000 человек - примерно столько же, сколько в Германии за все время эпидемии.

Резкий рост смертей скрывать невозможно

Чем же объяснить "немецкое исключение"? Можно, конечно, предположить, что правительство в Берлине целенаправленно занижает данные, в чем, к примеру, половина россиян подозревает собственные власти. Однако в демократических странах с сильной оппозицией, независимыми СМИ и активным гражданским обществом это - весьма бесперспективное занятие: подобные попытки довольно быстро стали бы достоянием гласности. Тем более в федеративном государстве, где, как в ФРГ, статистику ведут и публикуют региональные власти, а в центре ее лишь обобщают.

Так что подобное объяснение сразу вынесем за скобки. Тем более, что легче занижать число инфицированных (а оно-то в ФРГ как раз одно из самых высоких в Европе), чем скрывать резкий рост смертей, особенно в эпоху социальных сетей. В Германии в любом случае не вывозят гробы на военных грузовиках, как в итальянском Бергамо, не сооружают перед больницами временных моргов, как в американском Нью-Йорке, и трупы уж точно не лежат на улицах, как в эквадорском Гуаякиле.

Обобщая многочисленные публикации в немецких СМИ, как более ранние, так и самые свежие, можно выделить три ключевых фактора, способствующих относительно низкой смертности из-за коронавируса в Германии. Это специфика распространения вируса, уровень немецкой системы здравоохранения и дисциплинированность населения.

Низкий средний возраст инфицированных в Германии

"Все началось как эпидемия среди горнолыжников". Именно так профессор Ханс-Георг Кройсслих (Hans-Georg Kräusslich), возглавляющий отдел вирусологии в клинике Гейдельбергского университета, объяснил The New York Times низкий средний возраст инфицированных в Германии. По данным Института имени Роберта Коха (RKI), координирующего в качестве государственного учреждения борьбу с эпидемией, в ФРГ абсолютному большинству заболевших COVID-19 (70 процентов) от 15 до 59 лет, средний возраст инфицированных - 49 лет.

Таким образом, специфика распространения вируса в Германии состоит в том, что на первом этапе, до принятия радикальных карантинных и ограничительных мер, его подхватили преимущественно молодежь и люди среднего возраста, обладающие, как правило, более сильным иммунитетом, чем пожилые. Среди них было много отпускников, которые инфицировались в барах и дискотеках на итальянских и особенно австрийских горнолыжных курортах, например, в популярном тусовочном Ишгле, а по возвращении заразили людей своего круга.

Еще двумя практически доказанными крупными рассадниками коронавируса в Германии стали большая карнавальная вечеринка в районе Хайнсберг на западе страны (в результате там заразились 15 процентов населения) и праздник пива в баварском городке Миттертайхе - опять-таки мероприятия, на которые пожилые и хронически больные люди обычно не ходят.

А в Италии, судя по всему, уже на ранней стадии не распознанные на тот момент носители вируса занесли его в больницы, где вскоре многие пациенты стали его жертвами. Когда в Германии в конце марта в доме престарелых в Вольфсбурге заразились сразу 72 постояльца и 17 умерли, Кристиан Дростен (Christian Drosten), директор Института вирусологии при берлинской клинике Шарите, расценил это как начало новой фазы эпидемии в стране, которая будет сопровождаться растущим числом летальных исходов. Такой прогноз подтвердил 9 апреля RKI.

Немецкая система здравоохранения оказалась готовой к COVID-19

Однако к концу марта в Германии уже в полную меру действовали карантин и режим самоизоляции, а немецкая система здравоохранения, и без того считающаяся одной из лучших в мире, успела прицельно подготовиться к борьбе с COVID-19. Больницы высвободили дополнительные койки для приема инфицированных, составили экстренные графики работы и дежурств врачей и медперсонала, по мере возможностей запаслись становившимися все более дефицитными масками, защитными костюмами и медикаментами.

А министерство здравоохранения ФРГ еще 12 марта заказало 10 000 аппаратов искусственной вентиляции легких (ИВЛ) у немецкой компании Drägerwerk, которая более ста лет назад их изобрела. И это - в дополнение к уже имевшимся в Германии к началу эпидемии 25 000 аппаратам ИВЛ. Выполнение заказа идет сейчас полным ходом, так что, к примеру, больницы Берлина, располагавшие в начале марта 1100 аппаратами, теперь, по сообщению газеты Tagesspiegel, могут обеспечить вентиляцию легких уже 1600 пациентам. К концу апреля эта цифра должна вырасти до 1800, к лету до 2200.

Поэтому есть надежда, что немецким врачам, в отличие от их коллег в других странах, не придется принимать труднейшее этическое решение, кого из пациентов подключать к дефицитным аппаратам ИВЛ, а кого фактически обрекать на смерть. Министр здравоохранения ФРГ Йенс Шпан (Jens Spahn) сообщил 9 апреля, что на данный момент по всей стране свободны 10 000 мест в отделениях интенсивной терапии.

О том, что в Германии имеются свободные мощности для спасения больных коронавирусом, свидетельствует и такие факты: немецкие клиники приняли на лечение почти 200 пациентов с COVID-19 из Франции, Италии и Нидерландов, а бундесвер, по данным Der Spiegel, предоставил партнеру по НАТО Великобритании 60 мобильных аппаратов ИВЛ.

Дисциплинированные немцы послушались своих лидеров

Практически во всех публикациях про причины низкой смертности в Германии от SARS-CoV-2 указывается на то, что в ФРГ население активно тестируют на вирус. Однако сами по себе тесты жизни не спасают. Они позволяют выявлять инфицированных, но шесть из семи заболевших COVID-19, сообщил 9 апреля министр Шпан, лечатся в Германии амбулаторно.

И тут решающее значение для предотвращения возможного смертельно опасного заражения представителей групп риска имеет то, насколько строго инфицированные соблюдают в домашних условиях карантин, иными словами - самоизолируются, и в какой мере им в этом помогают и от них этого требуют окружающие.

Судя по всему, немцы в большинстве своем прислушались к канцлеру ФРГ Ангелы Меркель (Angela Merkel), которая еще 18 марта в своем телеобращении к нации настоятельно просила всех максимально сократить социальные контакты: "Мы должны снизить риск заражения друг друга, насколько это возможно". С аналогичными призывами на какое-то время прекратить встречаться друг с другом, но особенно с пожилыми людьми, постоянно обращались к своим избирателям и многие другие немецкие политики.

Президент ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier), к примеру, нашел в своем обращении к согражданам такие слова: "Приходится отказываться от свиданий с родителями, дедушками и бабушками, от встреч с друзьями, от походов с ними в рестораны, от торжеств и даже просто от того, чтобы вместе посидеть на солнце после долгой зимы. Нам всем тяжело отказываться от этого, и мне тоже. Но только отказ предотвратит безвозвратную потерю того, что мы любим".

Все эти призывы, подкрепленные масштабными, но менее строгими, чем в некоторых других странах, карантинными мерами явно способствовали тому, что число безвозвратных потерь пока оказывается куда менее высоким, чем могло бы быть в условиях пандемии Так что одним из объяснений низкой смертности от коронавируса в Германии следует считать именно сознательность и дисциплинированность ее жителей.