2 апреля отмечается День единения народов Беларуси и России. Эта дата связана с подписанием в 1996 году Договора о создании сообщества Беларуси и России, который дал старт белорусско-российской интеграции и впоследствии - созданию Союзного государства. Наблюдатели отмечают, что сегодня, как и почти четверть века назад, перспективы интеграционного проекта остаются туманными. Есть ли вообще будущее у Союзного государства, выясняла DW.

Интеграция с Беларусью сейчас не приоритетна для России

Аналитик Белорусского института стратегических исследований (BISS) Катерина Шматина рассказывает, что долгое время Договор о Союзном государстве существовал лишь на бумаге, переговоры о дальнейшей интеграции заметно активизировались в 2019 году. Тогда Минск заговорил о компенсации выпадающих доходов белорусского бюджета из-за российского налогового маневра в нефтяной отрасли. А Москва устами тогдашнего премьера Дмитрия Медведева в ответ предложила выбор: либо углубить интеграцию и рассчитывать на льготы, либо сохранить в Союзном государстве все как есть (консервативный вариант), но при этом лишиться прежней финансово-экономической поддержки.

Хотя переговоры об этом шли на протяжении года, Минск и Москва так и не смогли согласовать содержание интеграционных дорожных карт. По сообщениям СМИ, речь в них шла о единых Налоговом кодексе, внешнеторговом режиме и Гражданском кодексе, унифицированном учете собственности и сходных соцгарантиях, почти объединенном банковском надзоре (но с двумя Центробанками), едином регуляторе рынков нефти, газа и электроэнергии и гармонизированном госрегулировании отраслей.

Тот факт, что в декабре прошлого года стороны так и не подписали дорожные карты об углублении интеграции в рамках Союзного государства, директор белорусского Центра по проблемам европейской интеграции Юрий Шевцов проблемой не считает: "Беларусь и Россия в конце 90-х подписали Союзный договор, но сейчас не смогли перейти ко второй фазе - политической интеграции. Похожая ситуация была и в начале нулевых". Но, по словам политолога, если еще нет политической интеграции, это не означает, что нужно отрицать первую фазу белорусско-российского интеграционного проекта, в ходе которой и так было решено много проблем.

Однако в ближайшем будущем, считает Катерина Шматина, развития двусторонних отношений в этом направлении не стоит ожидать. "Инициатива актуализации Союзного договора исходила от России, но сейчас из-за внутренних проблем у нее, очевидно, сместились приоритеты. Кроме того, Путин решил свое будущее после 2024 года, и Союзное государство для этого больше не нужно", - поясняет политолог. А Минск в свою очередь не будет сам активизировать переговоры о дорожных картах, ведь это никогда не соответствовало интересам Беларуси, добавляет Шматина.

Союзное государство изначально было "мертворожденным"

На характер белорусско-российских отношений, безусловно, влияют и внешние обстоятельства. В мире бушует пандемия коронавируса, цены на нефть достигли крайне низкой отметки, МВФ объявил о начале рецессии в мировой экономике. В такой ситуации, по мнению директора Центра европейской трансформации Андрея Егорова, будущее Союзного государства не иначе как туманно: "Пока эти проблемы не утрясутся внутри России, углубление интеграции будет в подвешенном состоянии".

Похожего мнения придерживается и Юрий Шевцов. Он полагает, что сейчас развитие Союзного государства поставлено на паузу: "Пока в России не будет решена проблема карантина, вряд ли можно ожидать, что в Москве найдут время вернуться к белорусскому вопросу. В таких условиях не будет ни слишком сильного ухудшения ситуации, ни движения вперед".

Говоря о перспективах Союзного государства как проекта наднациональной интеграции, Андрей Егоров отмечает, что у него никогда не было будущего, ведь это изначально был "мертворожденный" проект. Политолог напоминает, что интерес Александра Лукашенко, когда все начиналось, был связан с мечтами возглавить Союзное государство, однако с приходом Владимира Путина к власти в России они растворились.

"Поэтому прагматической сути Союзное государство не имеет, а в политическом смысле висит над Беларусью, как дамоклов меч, который в любой момент может быть использован для принуждения к не очень выгодным для страны решениям", - добавляет Егоров. Более того, по словам политолога, одностороннее закрытие Москвой из-за короновируса российско-белорусской границы продемонстрировало, что для нее интересы Минска не так важны и вся союзническая риторика не более, чем риторика. "В проблемной ситуации никто не будет учитывать мнение Беларуси при принятии решений", - уверен Андрей Егоров.

Будет ли Россия и дальше платить за лояльность Беларуси?

Между тем Минск и Москва до сих пор так и не урегулировали до конца "нефтяной кризис" - не договорившись о цене, в январе Россия прекратила поставки нефти в Беларусь. Позже некоторые российские компании все-таки стали продавать нефть Беларуси, но в объемах, явно недостаточных для продолжения экспорта нефтепродуктов, который очень важен для белорусской экономики. И только на фоне недавнего падения мировых цен на нефть наметилась перспектива выхода из трехмесячного конфликта.

"Очевидно, что с конца 2017 года Россия больше не хочет платить за лояльность Беларуси по старым ценам и старой модели. В Москве хотят реального продвижения вперед и более тесной интеграции, но пока в этом направлении ничего не меняется", - констатирует Андрей Егоров. Вернуться к прежней схеме Россия не готова, но какой будет новая модель отношений, пока не ясно, говорит политолог.

По мнению Катерины Шматиной, Россия в любом случае хочет видеть Беларусь лояльным партнером и соседом: "А вот какими конкретно средствами этого достичь, Москва будет решать ad hoc (по особому случаю. - Ред.). Если не получится надавить, то придется и заплатить за лояльность".