Кто представляет сегодня наибольшую угрозу для либерального Запада? Си Цзиньпин. Во всяком случае, так считает Джордж Сорос. Выступая в конце января на Всемирном экономическом форуме в Давосе, он назвал генерального секретаря Коммунистической партии Китая и председателя КНР "самым опасным противником открытых обществ".

Это нашумевшее заявление известного американского инвестора и мецената знаменательно, прежде всего, тем, что оно очень симптоматично. В деловых, экспертных и журналистских кругах западных стран резко изменилось отношение не только и даже не столько к китайскому лидеру, сколько в целом к Китаю.

Отношение к Си Цзиньпину резко изменилось за два года

"Если Запад не хочет просто наблюдать за тем, как Си Цзиньпин переделывает мир по своему усмотрению, он должен дать ему отпор", - написала, к примеру, влиятельная швейцарская газета Neue Zürcher Zeitung, комментируя давосскую речь Сороса. В США подобные призывы стали уже привычным делом. Теперь они все чаще звучат и в Европе. Так, в начале января фактически с тем же требованием - "дать отпор Китаю" - к политикам Германии и всего Евросоюза официально обратилось в программном документе ведущее объединение немецких деловых кругов BDI.

Радикальная смена настроений произошла всего за два года. Ведь еще в январе 2017 многие представители Запада с одобрением и чуть ли не с восторгом отреагировали на часовую речь Си Цзиньпина все в том же Давосе. В ней гость из Пекина позиционировал современный Китай как поборника свободной торговли и борца против протекционизма.

Иными словами, китайский лидер всячески убеждал западную бизнес-элиту в том, что он - альтернатива новому, только переехавшему тогда в Белый дом президенту США, громогласно обещавшему оградить Америку таможенными пошлинами и грозившему всему миру торговыми войнами.

"Анти-Трамп" - так озаглавила тогда свой репортаж о речи Си Цзиньпина консервативная немецкая экономическая газета Handelsblatt. А леволиберальный еженедельник Der Spiegel отмечал, пусть и с немалой долей скепсиса, что "лидер коммунистической плановой экономики объявил себя адвокатом либерального экономического порядка".

"В чем Трамп прав"

Скепсиса уже тогда было немало, но была, особенно в Германии, одновременно и большая надежда на то, что быстро развивающийся Китай, зависящий от экспорта не меньше, чем ФРГ, искренне заинтересован в либеральных правилах мировой торговли, закрепленных в договоренностях под эгидой ВТО.

Этой надежды больше нет. И вот уже Der Spiegel публикует в конце декабря комментарий под заголовком "В чем Трамп прав", в котором известный колумнист издания Ян Фляйшхауэр (Jan Fleischhauer) хвалит Дональда Трампа за то, что он - первый президент США за 20 лет, который отказался и дальше терпеть "пренебрежение Китая к совместно выработанным правилам" и тем самым хотя бы замедляет превращение КНР в новую сверхдержаву.

А Handelsblatt в середине января публикует интервью с австрийским профессором Габриэлем Фельбермайром (Gabriel Felbermayr), который вскоре возглавит Институт мировой экономики (IfW) в немецком Киле, и тот высказывается за усиление давления на КНР и отмечает, что "многие европейцы и азиаты втайне радуются жесткому курсу Трампа в отношении Китая". Джордж Сорос, в свою очередь, с давосской трибуны рекомендует: "Вместо того, чтобы вступать в торговую войну практически со всем миром, президенту Трампу следует сосредоточиться на Китае".

Земля, зажатая между двумя китайскими палочками для еды

Почему либеральные западные предприниматели, профессора-экономисты и публицисты, в целом по-прежнему весьма критически относящиеся к деятельности и взглядам Дональда Трампа, вдруг начали хвалить его политику в отношении Китая? Может, это результат той озабоченности, того страха, которые, похоже, все больше охватывают Америку и Европу перед лицом нового глобального конкурента?

Простой, но яркий зрительный образ этого страха нашел художник немецкого праволиберального еженедельника Focus, главной темой недавнего номера которого стали взаимоотношения с Китаем. На обложке журнала на красном, как флаг КНР, фоне изображена планета Земля, зажатая между двумя китайскими палочками для еды. Заголовок гласит: "Китай и мы". Подзаголовок уточняет тему: "Шанс и опасность. Что экспансия этой сверхдержавы означает для нашего благосостояния".

Focus пишет об "огромных амбициях" Си Цзиньпина: "Китай должен вновь стать центром мира - экономическим, технологическим, политическим и военным". На многих страницах с фотографиями, картами и диаграммами журнал подробно описывает, как КНР идет к этой стратегической цели. В том числе с помощью "импорта западных экспертов".

Не конкуренция стран и блоков, а противостояние двух систем

Может быть, американцы и европейцы просто испугались китайских конкурентов? Дело не только и даже не столько в этом. Ведь США и Евросоюз во многих сферах тоже конкурируют друг с другом. Но они делают это в рамках общей системы правил и ценностей. А Китай охотно пользуется возможностями этой системы, но при этом целенаправленно идет в совершенно иную сторону. Просто Запад лишь сейчас это окончательно осознал.

"Долгое время казалось, что Китай в ходе интеграции в мировую экономику при формировании своей экономической системы будет постепенно развиваться в сторону либеральных, открытых рыночных экономик западного образца", - призналось в начале января Федеральное объединение немецкой промышленности (BDI). Но этого не произошло.

Наоборот, КНР усиленно создавала собственную модель подконтрольной партии и государству экономики. А потому главный вывод уже упоминавшегося программного документа BDI о будущих отношениях с Китаем состоит в том, что сегодня за лидерство на планете и международное влияние борются не просто разные страны или экономические блоки, а две системы: западная либеральная рыночная экономика и китайский коммунистический госкапитализм. Focus тоже пишет, что торговая война США - КНР давно уже переросла в противостояние систем.

Пожизненное правление Си Цзиньпина окончательно отрезвило Запад

Но почему же на Западе, в частности, в Германии, подлинную природу китайской модели и ее истинные цели в полной мере осознали именно сейчас? Думается, тут совпали сразу несколько факторов. Ключевую роль сыграла, безусловно, начатая Трампом ровно год назад торговая война против Китая: западному миру пришлось вдуматься в аргументы вашингтонской администрации.

К тому же, по-видимому, критической массы достигло недовольство западных инвесторов многолетней систематической дискриминацией на китайском рынке, принудительным трансфером технологий и регулярным нарушением авторских прав (воровством технологий). А это недовольство могло обостриться из-за замедления темпов роста ВВП КНР, что ухудшило общие условия ведения бизнеса в этой стране.

Однако одним из решающих факторов стала, судя по публикациям в СМИ, отмена механизма сменяемости власти в Пекине и внесение в марте 2018 года поправок в конституцию КНР, позволяющих Си Цзиньпину править пожизненно. После этого приятные воспоминания о его давосской речи окончательно улетучились, китайская коммунистическая система и ее вновь практически всевластный, как Мао Цзэдун, лидер показали свое истинное лицо.

В этой ситуации Запад стал более внимательно присматриваться к тому, как компартия Китая использует огромные достижения своей страны в области цифровизации и искусственного интеллекта для контроля за населением и укрепления своей единоличной власти.

Весьма показательно название вышедшей в Германии в октябре 2018 года книги многолетнего корреспондента в Пекине леволиберальной немецкой газеты Süddeutsche Zeitung Кая Штриттматтера (Kai Strittmatter): "Повторное изобретение диктатуры. Как Китай создает государство тотального цифрового контроля и тем самым бросает нам вызов". О "смертельной опасности" для открытых обществ, исходящих от использования авторитарными государствами новейших информационных технологий, предупреждал в Давосе и Джордж Сорос.

Так что же делать либеральному Западу в условиях нарастающей глобальной экспансии враждебной ему китайской модели? У нынешнего президента США на этот счет несколько иные представления, чем у объединения немецких промышленников BDI, но в конечном счете они находятся по одну сторону баррикады и сходятся в главном: не стоит отказываться от сотрудничества с КНР, но надо эффективно защищать свою систему и повышать ее конкурентоспособность. И ни в коем случае не быть наивными.

Нащупать здесь золотую середину и не допустить перегибов будет нелегко, но представители либеральной модели уже взялись за дело. Об этом свидетельствуют и жесткая позиция США на торговых переговорах с Китаем, и недавние отказы китайским инвесторам в Германии, и растущее сейчас во многих странах Запада давление на китайского производителя телекоммуникационного оборудования Huawei.