В начале декабря на съезде в Гамбурге Христианско-демократический союз (ХДС) будет выбирать своего нового председателя. Ангела Меркель (Angela Merkel) решила более не баллотироваться. Одним из трех фаворитов на этот пост, служащий возможным трамплином для карьеры канцлера, считается бывший лидер фракции консерваторов в бундестаге Фридрих Мерц (Friedrich Merz).

В дни, оставшиеся до съезда, он, как и другие кандидаты в председатели ХДС, ездит по стране, выступает на региональных партконференциях, отвечает на вопросы рядовых христианских демократов и дает интервью. При этом только Мерца неизменно спрашивают о его доходах. Дело в том, что девять лет назад он перешел из бундестага в бизнес, став финансовым и юридическим консультантом крупных компаний и войдя в несколько наблюдательных советов. Со временем Мерц превратился в миллионера.

Бизнес как этап карьеры политика

Во многих странах мира считается само собой разумеющимся переход с высокооплачиваемых должностей в экономике на высокие политические посты и обратно. Самый наглядный пример - Соединенные Штаты Америки.

"США всегда были обществом конкуренции, в котором человек, преуспевший в бизнесе, становится примером для других", - пояснил в интервью DW историк Андреас Рёддер (Andreas Rödder). Высок авторитет экономически успешных людей также в Азии. Карьера коммерсанта считается здесь отличной подготовкой для карьеры политической.

В Германии это не так. Фридрих Мерц долго не признавал, что он миллионер. При этом он по-прежнему отказывается причислять себя к финансовой элите, называет себя представителем верхней части среднего класса. "Я унаследовал от моих родителей ценности, которые характерны для среднего сословия: усердие, дисциплину, манеры, уважение и понимание того, что, если есть возможность, обществу надо кое-что возвращать, - аргументирует Мерц. - А высшие круги, верхние слои - это для меня люди, которые получили в наследство много денег или фирму, а теперь ведут праздный образ жизни, это не мой случай".

Эхо "третьего рейха"

Социолог Томас Друйен (Thomas Druyen) видит одну из причин скептического отношения немцев к очень богатым людям, переходящим в политику, в историческом прошлом Германии и в комплексе коллективной вины нации за преступления "третьего рейха". "Ведь в нем, - напоминает Друйен, - большие предприятия были так или иначе задействованы в производстве вооружений".

После краха нацизма немцы, по его словам, попытались построить общество среднего класса: обозримое, в котором можно преуспевать, но при этом оставаться прозрачным. "Сверхбогатым и очень большим фирмам у нас по-прежнему не доверяют, - говорит ученый. - Это, конечно, абсурд, но таков один из элементов нашей психологической ДНК". И особенно критически, по его наблюдениям, в Германии относятся к получившим большое наследство, считая, что сами бы они такого не достигли.

Историк Андреас Рёддер указывает в этой связи на укоренившуюся в послевоенной Германии систему социальной рыночной экономики, то есть такую, когда государство во избежание социальных дисбалансов вмешивается в рыночную стихию.

"Германия - это страна, которая, с одной стороны, характеризуется сильной властью государства, а с другой - своим социальным началом", - констатирует он. В таком обществе, по его словам, предпринимательский успех, а значит, и богатые люди вообще становятся не примером, а, скорее, проблемой, которую стараются не афишировать.

Чему завидуют немцы?

Сказывается и присущее многим немцам чувство зависти. По опросам, почти четверть из них постоянно завидуют тем, кому живется лучше, и почти две трети испытывают это чувство время от времени.

При этом чаще всего его вызывает именно богатство и финансовая независимость человека, его возможность путешествовать и часто ездить в отпуск, наличие у него хорошего дома, дорогой машины или яхты. А Мерц, между прочим, владеет двумя частными самолетами, пусть и легкомоторными. И такой человек - претендент на пост канцлера?

Социолог Томас Друйен не считает, что богатый человек, не сталкивающийся день за днем с тяготами будней, непременно отрывается от реальной жизни людей, априори не понимает проблем, например, безработного.

"Разве проблемой безработицы, - риторически спрашивает он, - должно заниматься министерство, которым руководит человек, сам получающий пособие по безработице?" В числе примеров того, когда богатые люди оказывались очень успешными политиками, Друйен называет Уинстона Черчилля и бывшего мэра Нью-Йорка, миллиардера Майкла Блумберга.

Из бизнеса в политику и обратно

Главное - характер человека, говорит ученый, изучающий социальные особенности очень богатых людей. "Есть люди, - рассказывает он, - ставшие миллиардерами, но так и не оторвавшиеся от своей среды и не изменившие принципиальным образом свои жизненные установки".

Относится ли и Фридрих Мерц к такому типу людей? Друйен не думает, что состоятельный кандидат в председатели ХДС сознательно прибедняется и вводит в заблуждение общественность, причисляя себя к среднему классу. "Можно иметь определенную внутреннюю приземленность, - указывает он, - летая и на частном самолете".

Впрочем, и в Германии никому не запрещается переходить из бизнеса в политику и обратно. Самый громкий пример - бывший канцлер Герхард Шрёдер (Gerhard Schröder). Проиграв в 2005 году этот пост Ангеле Меркель, он сразу же перешел на руководящую должность в "Газпром".

С 2015 года, однако, в Германии действуют ужесточенные правила перехода из политики в бизнес. Во избежание конфликта интересов выходящим в отставку министрам и парламентским статс-секретарям полагается выждать год, а в некоторых случаях - полтора. Но в обратном направлении - из бизнеса в политику, как в случае с Фридрихом Мерцем - это правило не действует.