Конец апреля и начало мая оказались богатыми на тревожные сообщения из Афганистана. Подразделения радикального исламского движения "Талибан", дислоцированные на севере страны, вблизи границ с Узбекистаном, Таджикистаном и Туркменией, атаковали один из уездов провинции Кундуз. Боевики захватили его административный центр и ряд других населенных пунктов, а сопротивления сил безопасности подавили с использованием минометов. В результате, как сообщают СМИ, около тысячи семей местных жителей покинули свои дома и бежали из уезда.

Чуть позже, 3 мая, управление национальной безопасности Афганистана известило о том, что его сотрудники предотвратили два крупных теракта в Кабуле - в том числе, атаку на здание МВД. Вряд ли это сообщение успокоило жителей, поскольку ему предшествовала целая серия осуществленных на днях терактов, приведших к десяткам жертв.

США обнаружили, что афганская армия тает

В то же время инструкторы из США обнаружили, что в течение прошлого года афганские силы безопасности - армия и полиция - не только не увеличились, а сократились, причем почти на 11 процентов. И это при том, что США, согласно заявлению специального генерального инспектора США по восстановлению Афганистана Джона Сопко, считают наращивание этих сил "главным приоритетом" в стратегии безопасности для Афганистана.

В этой ситуации трудно воспринимать как неожиданность другую информацию, озвученную Сопко: о том, что по данным на январь 2018 года "под талибами" находилось около 65 процентов жителей Афганистана. И это до начала весеннего наступления "Талибана", объявленного им в конце апреля.

О том, что ситуация с безопасностью в Афганистане ухудшилась, и это осознают военные в странах, еще в начале 2000-х годов пославших туда свои контингенты для уничтожения очагов терроризма, изгнания талибов и дальнейшего обеспечения мира, можно судить по Германии, говорит немецкий эксперт по Афганистану Гюнтер Кнабе (Günter Knabe).

Баланс немецких военных и политиков по Афганистану

По его словам, конфликт в Афганистане и в СМИ, и для политиков Германии сейчас заметно отошел на второй план, но военные внимательно следят за ситуацией там. И в их оценках произошли заметные изменения. "Ежегодно правительство предоставляет парламенту отчеты по Афганистану. Ранее они назывались "Отчетами о прогрессе" (Forschrittsbericht). Там старательно выискивались позитивные тенденции, а негативные не выпячивались. Нынешний отчет, опубликованный в марте 2018 года, озаглавлен иначе - "Отчет о перспективах" (Perspektivbericht). И выдержан в очень критических тонах, что отражает взгляд немецких военных", - рассказывает собеседник DW.

"Сохраняются все болезни, известные специалистам из прошлого: хаос в управлении - два высших руководителя, президент Ашраф Гани и премьер Абдулла Абдулла, блокируют действия друг друга; слабость афганских сил безопасности; растущая коррупция. Наркотрафик ограничить не удается", - перечисляет эксперт. "Баланс очень дорогой и стоящей многих жизней операции, который подведен официально, является отрезвляюще негативным. Безопасность в Афганистане к весне-лету 2018 года находится на столь низком уровне, как не было давно, и достижение там прогресса вызывает большие сомнения", - подчеркивает Гюнтер Кнабе.

Есть ли у Кабула стратегия?

Ухудшение ситуации с безопасностью происходит из-за роста числа террористических актов, которые приводят к очень большим людским потерям, утверждает сотрудник Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) Андрей Серенко. Однако это ухудшение, по его оценке, пока не способно резко обрушить военно-политическую ситуацию: боевики "Талибана", а также активизировавшейся в Афганистане группировки ИГ так и не смогли захватить административные центры провинций.

Тем не менее, продолжает эксперт ЦИСА, очевидна неспособность афганских силовиков и их иностранных союзников предотвратить усиление террористической активности. Но есть ли у Кабула и его союзников какая-либо приемлемая стратегия по выходу из политического "штопора"?

"От правительства в Кабуле внешние игроки, начиная с США, и кончая северными соседями, требуют вступить в переговоры с "Талибаном". Кабул готов к этому, но талибы пока не торопится идти навстречу. Что, в частности, показала мартовская конференция по Афганистану в Ташкенте - представители движения, приглашенные туда, в результате не приехали", - напоминает Гюнтер Кнабе.

Действия "Талибана" легко объяснимы: зачем им переговоры, если их силы не убывают, а растут? "Да и поддержки некоторых внешних игроков "Талибан" отнюдь не лишился. И пока не видно, чтобы Кабул сумел договориться с этими игроками, в первую очередь, с Исламабадом, о лишении движения этой поддержки. Сейчас талибы начали весеннее наступление, и это тоже знак, что переговоры им в данный момент не нужны", - уверен немецкий эксперт.

Он обращает внимание на то, что "Талибан" - отнюдь не единственный противник афганской центральной власти. "С 2015 года в Афганистане можно наблюдать активизацию групп, действующих под вывеской ИГ. И ввиду конкуренции с ними на площадке повстанческой борьбы "Талибан" тем более не будет сговорчив в переговорах с властями", - считает Гунтер Кнабе.

Талибы, ИГ и выборы

Андрей Серенко, в свою очередь, выделяет другой фактор нестабильности, который будет влиять на ситуацию весной-летом этого года. "Президент Ашраф Гани под давлением западных союзников взял курс на непременное проведение парламентских выборов в октябре 2018 года, и это решение делает его заложником ситуации. Пока совершенно непонятно, как Кабул сможет обеспечить безопасность выборов, которые талибы и боевики ИГ намерены сорвать. Есть вероятность создания между ними своеобразной "предвыборной коалиции", хотя обе эти силы активно соперничают друг с другом. Я бы не исключал появления между ними какой-то формы координации усилий по срыву выборов", - рассуждает эксперт ЦИСА.

"Талибы и командиры ИГ понимают, что выборы в парламент становятся ахиллесовой пятой администрации Ашрафа Гани. Их провал также станет сильнейшим репутационным ударом по США", - продолжает он. К тому же талибы могут использовать парламентскую кампанию в качестве инструмента давления на Вашингтон, чтобы вынудить его вступить в прямые переговоры с ними на своих условиях.

Отдельно российский эксперт отмечает ситуацию на севере Афганистана. Там, по его выражению, помимо наращивания активности талибами, происходит "пунктирное усиление позиций ИГ", при одновременном ослаблении позиций бывшего "короля Севера", таджика Атты Мохаммада Нура.

"В ближайшие несколько месяцев северный Афганистан будет переживать сложные времена. В таком развитии событий могут быть заинтересованы не только талибы и ИГ, но и пуштунские националистические группы в Кабуле - чем хуже будет ситуация с безопасностью в северном Афганистане, населенном таджиками и узбеками, тем больше шансов на успех получат пуштунские политики на востоке и юге страны", - указывает собеседник DW.

Гюнтер Кнабе утверждает, что фундаментальное противоречие, мешающее централизации и стабилизации Афганистана (противоречие между различными этническими группами, претендующими на доминирующее политическое влияние в тех или иных провинциях), не только не ослабло при правлении Ашрафа Гани, а, напротив, обостряется на глазах. И это серьезно беспокоит немецких специалистов, связанных с выработкой стратегии по развитию Афганистана.

Что касается выборов парламента и президента, то и этот собеседник DW сомневается, что осенью они будут проведены. "Причина возможного переноса выборов - отсутствие безопасности и высокие риски в целом по стране. Атака террористами центра регистрации избирателей в Кабуле, проведенная 22 апреля, символична. Хотя срыв выборов стал бы пощечиной Западу, который ставил целью создание нормально функционирующего гражданского общества", - подвел итог Гюнтер Кнабе.