Число россиян, уверенных в том, что русский народ имеет особое значение в мировой истории, достигло максимума за все время исследований - так считают 64% респондентов, выяснил «Левада-центр». С тем, что русские - такой же народ, как и другие, согласны 32%. В 1992 г. об особой роли русских в мировой истории говорили лишь 13% опрошенных. Максимума также достигло количество респондентов, считающих, что Россия является великой державой, - так думают 72% россиян (год назад - 64%). С мыслью о своем народе у опрошенных в первую очередь связывается история (46%), место, где человек родился (39%), и «земля, на которой мы живем» (38%). С государством народ ассоциируется лишь у 17% респондентов, хотя год назад так отвечали 26%. Гордятся тем, что живут в России, 83% опрошенных, а самой страной гордятся 67%.

Такие результаты - это «эхо посткрымской мобилизации», хотя во многом активная фаза «борьбы с врагами» прошла, поясняет социолог «Левада-центра» Карина Пипия: «Если в отношении институтов власти этот мобилизационный тренд к настоящему времени прекратился и оценки постепенно нормализуются, за исключением президента, то в отношении национального самосознания и гордости он более устойчив». По ее словам, рост великодержавнических настроений можно рассматривать как реакцию на «несправедливую», «антироссийскую» политику стран Запада, которая консолидирует общественное мнение вокруг врагов последние три года.

«Подобный защитный национализм, как правило, всегда приводит к консолидации вокруг историко-культурного ядра, что в случае России укладывается в идеологию «особого пути», особой роли русского народа в мировой истории. Поэтому такую широкую публичную дискуссию вызывали фильм «Матильда», диссертация Мединского и т. п., которые посягнули на святое - историю», - говорит Пипия.

Великодержавные настроения не исчезают, поскольку эти настроения копились очень давно - с середины 1990-х гг., отмечает политолог Алексей Макаркин: «После развала Советского Союза многие люди считали, что это временно, однако вдруг выяснилось, что никто из стран не собирается «возвращаться». Это наложилось на снижение международной роли России, экономический кризис, чувство неуверенности в завтрашнем дне. Все это компенсировалось мечтами о великом будущем. После Крыма эти чувства закрепились. Сейчас же эмоции уже спали, но настроения остались». Даже в случае роста протестных настроений и претензий к власти имперские настроения будут сохраняться, полагает эксперт.