20 апреля Государственная дума России одобрила в первом чтении пакет поправок в федеральное законодательство о статусе Москвы - так называемый законопроект о реновации. Опыт законотворческой деятельности Госдумы текущего созыва не оставляет никаких сомнений в том, что законопроект успешно будет принят. С этим опытом знаком и мэр Москвы Сергей Собянин, который, не дожидаясь принятия законопроекта, попросил у Мосгордумы 100 млрд руб. на реализацию программы реновации. Поэтому уже сейчас можно говорить о том, что ждет москвичей в ближайшем будущем.

Обещания и реальность

Ключевые новеллы законопроекта о реновации подразумевают следующее: во-первых, вводится понятие «зона реновации», границы которой назначает исполнительная власть. Все объекты капитального строительства в зоне реновации подлежат сносу.

Во-вторых, в случае если там располагаются жилые дома, то собственнику квартиры исполнительная власть предлагает один-единственный вариант переезда. Если собственник не переезжает в предложенную квартиру добровольно в течение 60 дней, его выселяют решением суда. Собственнику предлагается в качестве компенсации не равноценная, то есть имеющая ту же самую стоимость, квартира, как того требует Конституция, а «равнозначная», то есть обладающая таким же метражом жилой площади.

В-третьих, законопроект подразумевает, что в зонах реновации отменяется действие всех градостроительных и земельных регламентов, отменяются строительные нормы и правила. Застройщик, входящий в зону реновации, не имеет никаких законодательных ограничений своей деятельности.

В-четвертых, создается некий Фонд содействия реновации, в уставную деятельность которого входят покупка и продажа недвижимости, а также осуществление строительной деятельности. Юридически фонд субсидиарен правительству Москвы. По сути, создается государственный девелопер и риелтор.

Помимо этих новелл текст законопроекта содержит огромное количество декларативных положений, как, например, положение о праве собственника на получение квартиры с сохранением района или округа проживания. Данное положение удобно для популистской поддержки законопроекта, однако не имеет никакой силы в виду заложенной в законопроект процедуры насильственного переселения. Или, например, в законопроекте говорится о том, что он направлен на решение проблемы жилого фонда индустриального строительства 1960-1970-х годов постройки и аналогичного ему. Это положение позволяет властям говорить о «программе сноса хрущевок», однако в логике законопроекта это беспочвенные рассуждения: объектом регулирования являются территории, те самые зоны реновации, а не здания. Кроме того, если следовать этому положению, то под снос можно отправить большинство построек в Москве начиная с 1960-х годов, поскольку строительные технологии в России с тех пор не так сильно изменились. Разумеется, сносить всю Москву никто не собирается, а значит, верна версия о том, что эти положения внесены в законопроект ради политических спекуляций.

Еще одним положением спекулятивного характера является утверждение, что законопроект направлен на снос «ветхого» и «морально устаревшего жилья». Законопроектом не даются определения того, что такое «ветхое» и тем более что такое «морально устаревшее» жилье. Российское право таких категорий не знает. Есть категория «аварийное жилье», есть процедура признания дома аварийным и его последующего сноса и расселения. Все необходимые законы и регламенты для работы с аварийным жильем у нас уже есть. К тому же вопреки разговорам о хрущевках как о «временном» жилье большинство из них строилось с расчетным сроком эксплуатации в диапазоне 75-120 лет. Многие еще и половины срока не простояли.

Строительный монстр

К чему приведет принятие законопроекта? И без того не слишком ограниченный законодательством Стройкомплекс Москвы получит полную власть над землей в городе. Фактически любой приглянувшийся Стройкомплексу участок земли можно будет бесконтрольно застроить. Возможно, на каких-то приглянувшихся участках земли и окажутся «хрущевки», может быть даже не в очень хорошем состоянии, и жильцы даже рады будут переехать. Но это будет не более чем побочный эффект. Прямой эффект же - это демонтаж института частной собственности в городе, а значит, обрушение так и не до конца установившихся капиталистических отношений, ставящих ценность частной собственности во главу угла. Это можно было бы счесть своеобразным подарком к столетию Октябрьской революции, если бы не одно «но» - подобного рода путь ведет не к социализму, но к архаизации общественных отношений, то есть скорее к феодализму.

Первым шагом к феодализму были Правила землепользования и застройки (ПЗЗ) Москвы, также принятые в этом году. Ключевые пункты правил были следующие. Во-первых, все уже выданные на момент разработки правил градостроительные планы земельных участков (ГПЗУ) возводились в статус закона. Это, по сути дела, снимало все градостроительные конфликты в Москве. Вне зависимости от статуса ГПЗУ - отменен ли он решением суда, отклонили ли его жители на публичных слушаниях, выходят ли они на митинги против точечной застройки - отныне отношения девелопера и городской администрации приобретают статус закона.

Во-вторых, ПЗЗ подразумевают возможность изменения или отмены охранного статуса без проведения публичных слушаний. Если девелопер хочет строить жилой комплекс в природоохранной зоне, то вопрос решает без учета мнения и интересов жителей. В-третьих, в кварталах, где не было проведено межевания, закрепляется межевание «по отмостке», то есть впритык к жилым домам. ПЗЗ закрепили существующие феодальные отношения и дали право аристократам Стройкомплекса как угодно распоряжаться городской землей. Однако еще оставалась земля под домами жителей, которая на тот момент была недосягаема для девелоперов. Это досадное недоразумение и призван изменить закон о реновации.

Политизация москвичей

Социальные последствия принятия закона о реновации сложно предсказать наверняка, однако уже сейчас можно наблюдать небывалую для городской повестки мобилизацию. В Facebook-группе «Москвичи против сноса» уже порядка 10 тыс. пользователей - жителей, активистов, муниципальных депутатов, журналистов, профессионалов. Союз архитекторов Москвы и Союз архитекторов России выступили с жесткой критикой законопроекта, также сделал и Совет по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства при президенте. Парламентские партии проводят круглые столы, на которых ищут способы присоединиться к этой повестке, однако протест уже носит общегражданский характер и партии не могут взять его под контроль. Ведущие эксперты в области градостроительства и урбанистики также выступают с неприятием этого законопроекта.

Верным маркером массовой неконтролируемой мобилизации является то, что для тысяч людей участие в общественном движении является первым опытом. Это было очень хорошо заметно шесть лет назад на Болотной площади, когда люди говорили: «Я никогда не ходил на митинги, но теперь...» Сегодня то же самое говорят участники протестов против законопроекта о реновации. Тогда речь шла об избирательном праве, феномене во многом неосязаемом. Сейчас же речь идет о праве собственности - пожалуй, самом осязаемом, наглядном, очевидном праве после права на жизнь. И горожане не хотят, чтобы у власти была возможность отнять их честно заработанные и с любовью обжитые дома.