Нуриэль Рубини, глава Roubini Global Economics, профессор Нью-Йоркского университета

Инвесторы посчитали, что Brexit развивается по мягкому сценарию, и пока недооценивают другие проблемы европейской экономики.

Спустя месяц после референдума о выходе Великобритании из ЕС можно отметить достаточно слабую реакцию рынков на это событие. Особенно если сравнивать ее с реакцией на два недавних эпизода глобальной финансовой нестабильности: лето 2015 года (опасения по поводу жесткой посадки экономики Китая) и январь-февраль этого года (снова плохие новости из Китая в сочетании с другими факторами).

Шок после Brexit оказался региональным, а не глобальным, реагировали в основном рынки в Европе и в самой Великобритании, волатильность ощущалась всего около недели против двух месяцев в предыдущих случаях, когда мы наблюдали серьезную коррекцию мировых фондовых индексов.

Почему так мягко отреагировали инвесторы?

Хорошая сторона
Для начала стоит вспомнить, что Великобритания - это всего 3% мирового ВВП, в то время как Китай является второй по величине экономикой мира, на которую приходится 15% мирового производства и более половины глобального роста.

Кроме того, после решения британских избирателей Европейский союз сумел продемонстрировать свое единство. Результаты парламентских выборов в Испании окончательно показали рынкам, что опасности быстрого распада еврозоны нет. Стремительная смена британского кабинета укрепила надежды, что переговоры о разводе с ЕС, хотя и будут трудными, позволят Великобритании сохранить в основном доступ на европейский рынок при некоторых ограничениях для миграции. А главное - инвесторы быстро пришли к выводу, что шок от Brexit подтолкнет основные мировые центробанки к проведению более мягкой политики. Действительно, как и в двух предыдущих случаях, регуляторы предоставили рынкам необходимую поддержку.

Но риски волатильности на европейских и глобальных рынках лишь ненадолго отложены. Даже если оставить в стороне известные факторы (еще большее замедление экономического роста в США, жесткая посадка китайской экономики, низкие цены на нефть и другие сырьевые товары, нестабильность на ключевых развивающихся рынках), есть много причин для беспокойства по поводу Европы и еврозоны.

Очередь из проблем

Во-первых, если переговоры между ЕС и Великобританией примут затяжной и конфликтный характер, то это плохо для рынков. Скандальный развод может подтолкнуть Шотландию и Северную Ирландию к выходу из Великобритании. В этом случае Каталония захочет независимости от Испании. Дания и Швеция, которые и так не планируют вступать в еврозону, после Brexit могут почувствовать себя второсортными членами ЕС и тоже задуматься о выходе из союза.

Во-вторых, график предстоящих в Европе выборов похож на политическое минное поле. В сентябре пройдут президентские выборы в Австрии, что даст еще один шанс лидеру ультраправой Партии свободы Норберту Хоферу. Через месяц в Венгрии пройдет референдум, инициированный премьер-министром Виктором Орбаном, который позволит стране отказаться от обязательных квот ЕС на расселение мигрантов. И самое главное - в Италии состоится референдум по изменениям в Конституции. Если они будут отвергнуты, членство страны в еврозоне может быть поставлено под вопрос.

Сейчас именно Италия является самым слабым звеном еврозоны. Правительство премьера Маттео Ренци неустойчиво, экономический рост слаб, банки нуждаются в капитале. Очень трудно выполнить фискальные требования ЕС и при этом не оказаться в новой рецессии. Если Ренци потерпит поражение, то антиевропейское «Движение 5 звезд», недавно хорошо выступившее на муниципальных выборах, может прийти к власти уже в следующем году.

Перед лицом этой угрозы бледнеют страхи по поводу Греции. Экономика Италии третья в еврозоне, то есть слишком большая, чтобы обанкротиться. Но при госдолге в десятки раз выше, чем в Греции, еще и слишком большая, чтобы ее спасать. Никакая программа помощи от ЕС не сможет выкупить €2 трлн (135% ВВП) итальянского долга.

В 2017 году предстоят выборы во Франции, Германии и Нидерландах, что создает дополнительные неопределенности. Слабая экономика и высокая безработица в большинстве стран Европы поддерживают антиевропейские и антиисламские настроения. Этим пользуются популистские правые (в странах «ядра» еврозоны) и левые (на периферии еврозоны) партии.

Ухудшается ситуация и вокруг Европы. Ревизионистская Россия ведет себя более настойчиво не только на Украине, но и в Прибалтике и на Балканах. Последствия непрекращающихся конфликтов на Ближнем Востоке проявились в недавних терактах во Франции, Бельгии и Германии. Миграционный кризис требует более тесного сотрудничества с Турцией, которая сама стала очень нестабильной после попытки военного переворота.

Кто примет ответственность?

Пока не закончится избирательный раунд, ЕС вряд ли сможет достроить свой незаконченный валютный союз, провести реформы, направленные на ускорение экономического сближения. Учитывая нынешние темпы реформ и старение населения, потенциал роста остается низким, а наметившийся очень умеренный циклический подъем сейчас находится под угрозой из-за политических рисков. В то же время высокие дефициты и долги вместе с действующими правилами еврозоны ограничивают возможности использования фискальной политики для стимулирования роста. А ЕЦБ, похоже, исчерпал все, даже нетрадиционные меры денежно-кредитной политики, способные поддержать экономики.

Еврозона и Евросоюз вряд ли распадутся в ближайшее время. Многие проблемы, с которыми они сталкиваются, похожи на бомбы с очень медленным фитилем. Распада можно избежать при наличии политического видения, которое уравновесит необходимость более тесной интеграции со стремлением к национальной автономии и суверенитету в некоторых вопросах.

Важно найти демократический и политически приемлемый способ решения этой проблемы. Это обязательное условие, учитывая множество рисков, с которыми сталкивается сейчас Европа.