Накануне юань официально был включен в корзину SDR, о чем на пресс-конференции сообщила директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард. Однако госпожа Лагард отказалась назвать удельный вес юаня в этой корзине валют.

Тем не менее еще в течение ноября, когда сомнений в итоговом решении МВФ уже не осталось, появились утечки информации о том, что юань якобы получит меньший вес, чем ожидалось ранее.

Напомним, изначально фигурировала цифра в 14-16%, причем она взялась не из каких-то непонятных источников, а из официального предварительного доклада фонда.

Тем не менее уже вчера появилась свежая информация. Агентство Reuters сообщило, что юань получит долю в 10,92%.

Конечно, это меньше, чем ожидалось, но зато больше, чем у японской иены и британского фунта. На сайте Zerohedge даже представили итоговую таблицу распределений в корзине SDR:

Так или иначе, решение можно смело назвать политически мотивированным, и оно станет своего рода инструментом давления на Китай.

От финансовых властей начнут требовать ослабить влияние ЦБ на курсообразование валюты, будут требовать сделать финансовую систему открытой. Иными словами, включение юаня в корзину резервных валют открывает Китай для новых инвесторов, но взамен от Поднебесной будут требовать большей прозрачности.

Тем временем эксперты оценивают эффект для Китая. Внешний спрос на валюту увеличится всего на $30 млрд, считает Чжан Мин, старший экономист Китайской академии социальных наук. При этом он не уверен, что статус резервной валюты заставит КНР проводить какие-то новые серьезные реформы.

Впрочем, и здесь все неоднозначно. Статус SDR позволяет центробанкам использовать юань в своих резервах. Если у какой-то страны имеются тесные торговые связи с Китаем, то ее ЦБ имеет объективные причины аккумулировать объемы китайской валюты.

Если рассматривать текущую ситуацию с резервными валютами и корзиной SDR, то уже сейчас можно видеть серьезные расхождения между фактическим использованием валют в резервах и весами, которые им присвоил МВФ.

Просто теперь, когда юань наконец попал в клуб избранных, он может оказать серьезное давление на доллар США.

В любом случае юаню еще предстоит проделать большой путь. Интернационализация валюты, как правило, проходит в три этапа. Первый заключается в максимальном увеличении использования валюты в торговых и финансовых операциях.

На втором этапе необходимо обеспечить безопасность для инвестиций со стороны нерезидентов. Ну и, в-третьих, стать своего рода якорем для региональных и глобальных рынков.

В 1980-1990 гг. японская иена достаточно быстро преодолела первый и второй этапы, однако с тех пор она фактически не смогла пойти дальше, а в некоторых моментах даже откровенно сдала позиции.

На данный момент юань уже крайне активно используется мировыми финансовыми учреждениями в качестве резервной валюты, после попадания в СДР доля китайской валюты в мировых резервах может оказаться значительно выше, чем доля фунта и иены. По оценкам Merrill Lynch, центральные банки по всему миру в настоящее время приобрели в общей сложности китайских облигаций более чем на $80 млрд, что вывело юань в семерку мировых реальных резервных валют.

Кстати, любопытно, что о своем решении МВФ объявил как раз на следующий день после масштабного вмешательства в офшорные торги юанем. Курс китайской валюты показал бурный рост.