КНР долгое время наблюдал за ситуацией в Афганистане издалека. Сейчас позиция Пекина изменилась. В ходе визита Ашрафа Гани в КНР пойдет речь о новых аспектах сотрудничества.

С 28 по 31 октября новый президент Афганистана Ашраф Гани Ахмадзай находится с первым официальным визитом в Китае. В ходе своей поездки афганский лидер проведет ряд важных встреч, в том числе с председателем КНР Си Цзиньпином, а также примет участие в конференции министров иностранных дел. Она проводится в рамках так называемого "стамбульского процесса" - дискуссионной платформы, созданной в 2011 году. Ее участниками являются 14 стран, в том числе Россия, Турция и Индия. Нынешняя четвертая международная конференция посвящена стабильному развитию Афганистана. Это первая встреча после состоявшихся недавно президентских выборов в Афганистане.

Пекин начал активно интересоваться Афганистаном и уделять больше внимания вопросу региональной безопасности в 2012 году, когда стало известно о выводе войск НАТО из этой страны. Тогдашний министр госбезопасности КНР посетил с визитом Кабул. Между двумя странами были достигнуты договоренности об обучении 300 афганских полицейских в КНР. Кроме того, Китай вместе с США выразил готовность участвовать и в других проектах, в том числе связанных с региональной безопасностью.

Фактор безопасности

"Для КНР геополитический фактор играет очень важную роль, - говорит Пань Чжипин, эксперт по Центральной Азии из Академии социологических наук в Урумчи. - Стабильность Афганистана важна для безопасности Китая".

Прежде всего, Китай намерен избежать того, чтобы уйгурские экстремисты в Синьцзяне получали какую-либо поддержку от единомышленников, находящихся в горных районах на границе Афганистана с Пакистаном. В свое время Пекин даже пытался наладить контакт с талибами, когда те находились у власти в Афганистане, чтобы обезопасить себя от возможных угроз, исходящих с афганской стороны от уйгурских сепаратистов. Пекин и сейчас относится прагматично к вопросу возможного сотрудничества с талибами, говорит политолог Йохен Хипплер (Johen Hippler) из Университета Дуйсбург-Эссен.

"Если какие-либо действия талибов смогут вызвать доверие, например, если они проявят готовность к сотрудничеству в сфере добычи полезных ископаемых, то отказа с китайской стороны не последует. Если же они станут препятствовать Китаю в использовании афганских сырьевых ресурсов или экономически поддержат китайских мусульман, то возможность сотрудничества с ними будет отклонена", - говорит Хипплер.

По его мнению, Китай не станет пытаться заполнить вакуум, который может образоваться в сфере безопасности Афганистана после вывода войск НАТО, и вмешиваться в ситуацию военным способом. "Тот, кто отправляет солдат в такую страну, как Афганистан, в скором времени может столкнуться с определенными трудностями и оказаться в критической ситуации", - говорит эксперт по Центральной Азии Пань Чжипин. Сейчас Пекин делает ставку на стабильное правительство Ашрафа Гани. А для этого необходимо экономическое развитие и региональные инициативы вроде "стамбульского процесса".

Экономическое сотрудничество и новый партнер

Для Кабула экономические отношения с Пекином и сотрудничество в антитеррористической борьбе - две важнейшие задачи. Китай может играть большую роль в процессе установления мира и безопасности в Афганистане, отметил в интервью DW пресс-секретарь президента Афганистана Файек Вахеди. "Мы рассматриваем Китай как соседа и региональную силу, которая может поддерживать Афганистан во всех сферах. Речь идет, в том числе об экономике, торговле и безопасности", - подчеркнул он.

Угроза терроризма актуальна для обеих стран, поэтому взаимодействие в этом направлении особенно важно. По словам политолога Хипплера, попытки сближения с Китаем в момент вывода войск НАТО вполне логичны. "Гани намерен преодолеть сильную зависимость Афганистана от США и других стран НАТО. Китай же является партнером, близким соседом и признанной во всем мире экономической силой. Эти попытки неслучайны, потому что КНР, в отличие от США и ЕС, является политически более гибкой силой, и не будет требовать от афганцев надлежащего государственного управления, если экономические интересы будут совпадать", - говорит он.

Инвестиции в сырьевой сектор

Другой важной темой для Афганистана являются иностранные инвестиции. Страна могла бы использовать для их привлечения свои сырьевые ресурсы. Подобные примеры уже есть.

Так, с 2007 года между КНР и Афганистаном заключено соглашение о разработке месторождения меди в провинции Логар. Пока проект заморожен из-за слаборазвитой инфраструктуры и нестабильной ситуации в сфере безопасности. В начале сентября Кабул посетила делегация международного концерна МСС, участвующего в этом проекте. Обе стороны хотят продолжать его реализацию - после того, как будут устранены все препятствия.

Другой пример - китайский концерн CNPC, который добывает нефть на границе Афганистана с Туркменией. Но с этим проектом связан скандал, произошедший между китайскими субподрядчиками и афганскими госструктурами по поводу расходов, поскольку применяются еще советские технологии по добыче нефти.

На интернет-странице CNPC этот афганский проект не представлен. А вот информация о современных технологиях по добыче газа, применяемых на территории Туркмении есть. Поэтому привлечение китайских инвестиций в добыче полезных ископаемых из Афганистана вызывает еще много вопросов. Эксперт по Центральной Азии Пань Чжипин из Урумчи рассматривает экономическое сотрудничество двух стран как долгосрочный проект. Одной из предпосылок для экономического развития должна стать стабильность, подчеркивает он в интервью DW. "Если Китай заинтересован в афганских полезных ископаемых, то сначала нужно дождаться момента, когда ситуация в Афганистане стабилизируется", - уверен Пань Чжипин.