Возникает впечатление, что в последнее время японские руководители не могут и чихнуть без того, чтобы не вызвать гнев со стороны китайцев, - и наоборот. Поэтому неудивительно, что даже примирительные заявления Синдзо Абэ встретили резкий отпор. В четверг Абэ написал поздравление с Новым Годом по лунному календарю, которое опубликовала местная пресса на китайском языке. Согласно переводу Reuters из японоязычного издания, Абэ утверждал, что Япония после Второй мировой войны «идет тропой мира», и что «ничего не изменилось в политике сохранения такой миролюбивой позиции».

В пятницу Абэ протянул новую оливковую ветвь мира. Согласно сообщению канала Channel NewsAsia, он выступил на заседании парламента с заявлением о том, что «Япония и Китай неразделимы». Он также высказал пожелание о возобновлении дипломатических встреч между двумя странами. «Вместо отказа от диалога по нерешенным вопросам мы должны вести переговоры, потому что у нас есть проблемы», - сказал Абэ.

Китай резко отверг эти пробные попытки примирения. Отвечая на прежние просьбы о начале двустороннего диалога, официальный представитель МИД Китая Цинь Ган (Qin Gang) ответил с острым сарказмом: «Такого рода диалог не даст результата. Китайские лидеры очень заняты. Пусть они посвящают больше времени делам более полезным и дающим больший эффект». Китай неоднократно высказывался по поводу своей позиции, состоящей в том, что дипломатические встречи между Китаем и Японией невозможны до тех пор, пока Синдзо Абэ не докажет свою искренность. Во время пресс-конференции в пятницу Цинь Ган изложил конкретный путь к возобновлению диалога. Абэ должен заявить, что он отойдет от края пропасти, немедленно признать и исправить ошибки, и больше не посещать синтоистское святилище Ясукуни.

Как я уже писал ранее, в данный момент ничто из сказанного и сделанного Абэ не удовлетворит китайских руководителей (совершенно невероятно, что он извинится за свой визит в Ясукуни или за империалистическое прошлое Японии). По мнению китайских руководителей, Абэ сам себе противоречит, о чем написала China Daily в своей редакционной статье. Если Абэ не извинится и не воздержится от продолжения тех действий, которые вызывают недовольство у китайцев (визит в Ясукуни, наращивание военной мощи Японии и так далее), то Китай будет считать неискренними его высказывания о диалоге и мире. Между тем, с точки зрения японцев, если Абэ весь остаток своего срока будет доказывать Китаю свою дружбу, это создаст вполне очевидные негативные последствия для японских интересов.

Итак, мы имеем две страны, каждая из которых наращивает свою военную мощь и в то же время утверждает, что делает это лишь для того, чтобы противостоять угрозам со стороны своего регионального соперника. Добавьте к этому глубокое недоверие Японии и Китая к столь разным политическим системам друг друга и давнюю взаимную вражду, и вы получите две страны, смотрящие друг на друга с глубокой подозрительностью. Каждая из них настаивает, что любит мир, и при помощи тактики страха пытается изобразить из оппонента агрессивное страшилище. Звучит знакомо, не правда ли?

С окончанием холодной войны стратеги и аналитики начали предупреждать руководителей о необходимости отказаться от «менталитета холодной войны». Но их предостережения явно не сработали, потому что именно такой менталитет господствует сегодня в отношениях между Китаем и Японией. Две страны настолько враждебны по отношению друг к другу, что ни одна из них не может ничего сказать или сделать, не вызвав при этом ответной реакции другой стороны. Напряженность прорывается в самых неожиданных местах - во время африканского турне Абэ, на международном экономическом саммите в Швейцарии и т.д.

Даже крепкие экономические связи между Китаем и Японией не помогают снизить и предупредить напряженность. На самом деле, все получается как раз наоборот - напряженность разрушает экономические отношения. Telegraph недавно сообщила, что, согласно данным опроса общественного мнения, 60% ведущих китайских бизнесменов не желают работать с японскими фирмами. В 2012 году напряженность в китайско-японских отношениях вылилась в открытые призывы бойкотировать японскую продукцию, а участники беспорядков начали громить японские магазины и рестораны. На взгляды японского бизнеса на Китай это повлияло в меньшей степени (согласно Telegraph, 80 процентов японцев готовы и дальше торговать с Китаем и Южной Кореей). Но экономические интересы Японии все равно смещаются и переходят в другие регионы, прежде всего, в Юго-Восточную Азию. Экономические отношения, скорее всего, будут и дальше ухудшаться. Трудно себе представить, что запланированный на февраль очередной раунд переговоров о трехстороннем китайско-японско-южнокорейском соглашении о свободной торговле пройдет как и планировалось.

А что до холодной войны, то отчасти проблема заключается в том, что Китай и Япония умышленно стараются видеть в каждом шаге и действии друг друга вызов или угрозу. Несмотря на то недоверие, которое существует между Китаем и США, в этих отношениях проблемы еще не вышли на такой уровень. У США слишком много потенциальных врагов (Россия, Иран, Северная Корея) и слишком много глобальных интересов, чтобы Китай истолковывал каждый дипломатический или стратегический маневр Америки как нечто антикитайское (хотя некоторые ястребы в Китае определенно пытаются это делать). У Японии - более ограниченное глобальное присутствие и стратегические интересы, и здесь картина совсем иная. Сегодня, когда Китай проводит наращивание военных сил лишь в ближних морских водах и имеет ограниченные стратегические цели, Токио легко может истолковать любой шаг Пекина (например, решение о создании новой зоны уведомления ПВО) как прямую угрозу в адрес Японии.

Мой коллега Закари написал в пятницу, что одним из побочных результатов упадка США может стать появление региональных гегемонов. Возможно, мы наблюдаем за началом этого процесса прямо сейчас, когда Китай и Япония ведут баталии в духе холодной войны не за мировое господство, а за превосходство в регионе. Территориальные споры подчеркивают это, усиливая вероятность военного конфликта. Но даже если острова Дяоюйдао/Сенкаку завтра погрузятся в океанскую пучину (это будет одно из немногих преимуществ глобального потепления), напряженность между двумя странами останется. Это региональная холодная война, которую сегодня две страны ведут на словах. Но на горизонте уже маячит гонка вооружений. И, как и в холодной войне, напряженность вряд ли спадет, пока одна из сторон не объявит о своей победе.