Заки Лаиди - профессор международных отношений в Институте политических исследований в Париже, автор книги "Ограниченные достижения: внешняя политика Барака Обамы".

Начало переговоров по соглашению о свободной торговле между Европейским Союзом и Соединенными Штатами ‑ которое официально называется Трансатлантическим торговым и инвестиционным партнерством (Transatlantic Trade and Investment Partnership - TTIP) - знаменует собой важнейший поворотный момент для ЕС и мировой торговли. Оно также ускоряет уход обеих сторон от многосторонней торговой политики, которая использовалась в последние годы. Это может быть верным шагом для Америки, но это может и повлечь серьезные проблемы для Европы.

За последние полвека ЕС, который включает в себя только 7% населения земного шара, удалось сохранить исключительно сильную торговую позицию, несмотря на рост развивающихся рынков, например Китая. В то время как США и Япония пережили падение их долей глобального экспорта, доля ЕС осталась стабильной на уровне около 20%.

Действительно, торговая мощь Европы резко контрастирует с нынешним восприятием ослабленной Европы. И что самое главное, Европа смогла достичь этого только через массивные инвестиции в многостороннюю торговую систему через ГАТТ, а затем ВТО.

И все же, хотя ЕС и обязан своей торговой мощью многосторонней торговой системе, с 2006 года он также сместился к двухсторонней системе, достигнув своих самых больших успехов в виде соглашений с Латинской Америкой и Южной Кореей. Уже находится в пределах досягаемости соглашение с Канадой (хотя двухсторонние переговоры с Индией, судя по всему, зашли в тупик, вероятнее всего потому, что индийцы не верят, что соглашение о свободной торговле с ЕС способно им сильно помочь).

Официально ЕС считает, что двухсторонний подход к торговле является полностью совместимым с возвращением к многосторонности. Однако факты это опровергают.

Во-первых, очевидно, что двухсторонние отношения усиливаются по мере ослабления многосторонних торговых пактов. Начиная с 2008 года, когда провалился Дохийский раунд переговоров ВТО о глобальной свободной торговле, европейцы не смогли вернуть США, Китай и Индию за стол многосторонних переговоров. Что более важно, они, очевидно, больше и не пытаются. Это нашло отражение в нежелании ЕС надавить на развивающиеся страны для их вступления в многостороннее соглашение ВТО о государственных закупках, которое, по сути, стало свидетельством того, что данный вопрос может быть решен только на двухсторонней основе.

Кроме того, начиная с 2008 года в своей торговой политике Соединенные Штаты сознательно отказались от многосторонности в целях сдерживания Китая через двойную стратегию: запланированное Транс-тихоокеанское партнерство Trans-Pacific Partnership (TPP) и TTIP. Причина этих изменений проста: США больше не имеют достаточно сил для установки правил в глобальной торговой системе, однако они считают себя достаточно сильными, чтобы обходить их.

ЕС частично разделяет данные стратегические цели Америки, поскольку он тоже имеет претензии к развивающимся странам с точки зрения доступа к рынкам, соблюдения прав на интеллектуальную собственность, доступа к государственным закупкам и субсидий для государственных компаний. Однако Европе следует избегать солидарности с этой новой и узкой торговой направленностью США по нескольким причинам.

Во-первых, Европа не имеет азиатской стратегии или эквивалента TPP. Разумеется, соглашение между ЕС и Японией было бы очень выгодно для Европы и снизило бы преимущества Америки в Азии. Однако, если США заключат TPP раньше, чем европейцы достигнут соглашения с Японией, переговорное преимущество японского правительства по отношению к ЕС автоматически возрастет. В этом смысле для США, как и для Европы, соглашение с Японией будет ключевой мерой успеха или провала установления двухсторонних отношений.

Во-вторых, и более существенно, США являются не только экономической, но и военно-политической сверхдержавой. В результате торговые расчеты их партнеров всегда будут формироваться под влиянием стратегических соображений, которые не будут являться для них фактором при работе с Европой.

Это особенно актуально по отношению к Китаю. США слишком явно желают притормозить Китай при помощи повышения мировых стандартов торговли. Однако, если широкие геополитические соображения приведут эти две страны к соглашению, Европа может пострадать.

Нечто похожее уже произошло во время конференции по изменению климата в Копенгагене в 2009 году, где США и Китай решили выступить против всеобъемлющего глобального соглашения, эффективно отстраняя Европу. Аналогично, США не имеют никакого реального интереса в активизации многосторонних торговых переговоров, поскольку двухсторонние переговоры являются для них гораздо более эффективными для получения уступок со стороны развивающихся стран.

Европа не имеет ни геополитических интересов, схожих с интересами США, ни, что более важно, тех же средств, что означало бы, что она имеет больший вес в вопросе активизации многосторонней торговли. Действительно, подписание множества двухсторонних соглашений, со своими собственными механизмами разрешения противоречий, неизбежно ослабит механизм урегулирования споров ВТО, еще больше подрывая глобальный многосторонний торговый режим.

Необходимость возрождения многостороннего торгового режима тем более важна, учитывая, что переговоры между США и ЕС, вероятно, будут сложными и длительными, во многом благодаря сопротивлению со стороны европейских и американских регуляторов. Для начала европейские регуляторы уже решили ужесточить условия выдачи разрешений на генетически модифицированные организмы, как бы показывая американским торговым переговорщикам, что они не собираются легко сдавать свои позиции.

Теперь, после официального запуска переговоров по TTIP, Европа должна попытаться получить самые лучшие условия. Прежде всего, ЕС должен признать, что мировая торговля является беспощадной политической игрой, в которую играют в соответствии с главным правилом: всегда сохранять все свои возможности открытыми.

Copyright: Project Syndicate, 2013