В 2002 году профессор и будущий глава ФРС Бен Бернанке произнес свою знаменитую речь "Дефляция: как сделать, чтобы ее никогда не было в Штатах".

Как и другие экономисты, Бернанке тогда наблюдал за тяжелой, казавшейся практически неизлечимой, японской дефляцией с нешуточным беспокойством. Сегодня подобная перспектива маячит перед США. Об этом не устает писать известный экономист, лауреат нобелевской премии Пол Кругман в своей колонке в The New York Times.

Японская дефляция тогда ассоциировалась с годами мучительно медленного экономического роста, прогрессирующей безработицы и целого букета трудноразрешимых финансовых проблем. Может ли такое случиться со Штатами? Не о чем беспокоится, уверял Бернанке: у ФРС есть все необходимые средства, чтобы избежать "японского синдрома", средства эти будут обязательно применены в случае необходимости.

Сегодня Бен Бернанке - глава ФРС, и его речь 2002 года заняла почетное место среди старых знаменитых цитат. В Америке пока нет дефляции - но только пока. Уровень инфляции намного ниже названного ФРС оптимальным коридора в 1,7-2%, и имеет устойчивую тенденцию к дальнейшему понижению. При самом хорошем раскладе дефляция придет в Штаты уже к следующему году, полагает Кругман.

Все признаки "японского синдрома" налицо в США уже сегодня: тот же болезненно медленный рост, очень высокий уровень безработицы и сопутствующие финансовые проблемы, переходящие в хроническую стадию. И как же на все это реагирует ФРС? Ведет нудные продолжительные и бессодержательные дебаты о том, что да, надо бы что-то делать.

Всего лишь два года назад любого, кто предсказывал бы нынешнее положение вещей (не только высокий уровень безработицы, но и сохранение его на годы) назвали бы сумасшедшим паникером. Сегодня, когда этот кошмар стал реальностью, Вашингтон ведет себя так, как будто абсолютно не осознает важности момента. Надежды рушатся, малый бизнес вылетает в трубу? Ничего, давайте обсудим бюджетный дефицит.

Остается надеяться, что ФРС, все-таки, будет проводить другую политику - благо, этому не мешают никакие внешние факторы, говорит эксперт. В отличие от администрации Обамы, ведомство Бернанке сохраняет значительную свободу действий. ФРС не надо получать 60 голосов в Сенате для одобрения своих мер, их не ограничивают взгляды сенаторов из Небраски и штата Мэн. Кроме того, Федрезерв, по-видимому, готов к ситуации в том, что касается ее верной экспертной оценки. Бернанке в свое время думал много и долго о том, как не допустить в Штатах развития "японского синдрома".

Что же может сделать ФРС? Обо всех мерах Бернанке, по словам Кругмана, опять-таки, рассказал в своей речи 2002 года. Федрезерв может покупать долгосрочные гособлигации, а также облигации частного сектора. Можно также попробовать улучшить ожидания на рынке, пообещав сохранение краткосрочных ставок на низком уровне в течение долгого времени. Кроме того, ФРС вполне может повысить планку своего инфляционного таргетирования, дабы убедить частный сектор в том, что брать кредиты - это снова хорошо, а держать деньги под спудом - плохо.

Чиновники ФРС, как и большинство обозревателей-экономистов, не ждут нечего особо хорошего в ближайшей перспективе. Однако беда в том, что напуганы они, все-таки, недостаточно, полагает Пол Кругман. Они не воспринимают дефляционный тренд так серьезно, как следовало бы. Но даже по их прогнозам высокий уровень безработицы и нездорово низкая инфляция сохраняться в США как минимум до конца 2012 года.

Так почему бы не начать действовать? Возможным объяснением проволочки может служить недавняя речь Кевина Уорша - члена совета управляющих ФРС. Он заявил: если сделать то, что Бернанке предложил в 2002 году, это может подорвать доверие к ФРС как финансовому институту. Однако как ведомство сохранит институциональное доверие, если не сможет победить высокую безработицу, при этом позволяя инфляции падать ниже запланированного уровня? Насколько сильное доверие вызывает Банк Японии после более чем 15 лет устроенной им дефляции?

ФРС нужно пересмотреть свои приоритеты. Дефляция, о которой Бернанке в 2002 году говорил как о вещи гипотетической, сегодня для Америки реальная перспектива. И нужно сделать все возможное, чтобы этой перспективы избежать, заключает Кругман.