Колебания курсов основных валют с середины января по начало февраля оказались самыми значительными за последние 20 лет, не считая кризисных 1997 и 2008 годов. Об этом говорится в исследовании BofA Merrill Lynch.

Оно озаглавлено «Валютная война и ее последствия» (есть в распоряжении РБК). Его автором выступил Дэвид Ву - специалист BofA по валютным рынкам. По оценке аналитика, до этого волатильность валютных курсов резко возрастала в глобальном масштабе только два раза - во время азиатского финансового кризиса 1997-1998 годов (куль​​минацией которого был российский дефолт) и в разгар мирового финансового кризиса 2008 года, когда обанкротился банк Lehman Brothers. Сейчас наблюдается аналогичное поведение мировых валют, только связано оно не с кризисом, а с так называемыми «валютными войнами», отмечает эксперт.

Созданный Ву способ измерения волатильности отличается от общепринятых индикаторов колебаний валютных курсов. В качестве таковых аналитик ссылается на недельные колебания в паре доллар/евро и доллар/иена, которые не выходят за пределы нормы. Ву предложил собственный индекс волатильности. Он рассчитывается для валют 20 крупнейших мировых экономик. Их ВВП взят по паритету покупательной способности, что позволяет исключить фактор влияния обменных курсов на оценку ВВП. Валюты 20 стран представлены в индексе пропорционально размерам их экономик, то есть чем больше ВВП - тем больший «вес» конкретной валюты в «индексе волатильности». Пользуясь этой методологией, аналитик получил общий график волатильности с 1995 по начало 2015 годов.

Валютные войны

Ву пишет про колебания курсов в связи с «валютными войнами». Под ними понимаются попытки государств снизить курсы своих национальных валют, чтобы помочь экономике. Как отмечает аналитик, «конечно, респектабельное руководство центральных банков уверяет, что дешевеющая валюта - это всего лишь следствие мягкой монетарной политики, а не цель сама по себе. Однако факты свидетельствуют об ином». Двумя наиболее пострадавшими государствами от «валютных войн» станут США и Китай, полагает аналитик. В случае с Соединенными Штатами опасность для их экономики от дорогого доллара исходит от того, что крупнейшие американские компании получают до 40% выручки за рубежом. Дешевеющие местные валюты делают их продукцию менее привлекательной для потребителей в странах-импортерах. В отличие от ЕЦБ, американская Федеральная резервная система уже свернула свою программу количественного смягчения, оставив только низкую ключевую ставку, но прекратив скупать ценные бумаги. Китайский юань тоже подорожал к основным валютам в последнее время. Но в условиях замедления внутреннего спроса у Пекина появляется соблазн прибегнуть к ослаблению юаня ради стимулирования экспортного роста. Тем не менее Ву полагает, что Китай вряд ли решится на значительную разовую девальвацию в этом году. Этот шаг может привести к ускорению оттока капитала из страны и поставить китайских импортеров и закредитованные предприятия в невыгодное положение.

Боевые действия

В конце января свой ход в «валютных войнах» сделал Европейский центральный банк. Он объявил о начале количественного смягчения (QE), в ходе которого ЕЦБ «напечатает» свыше €1 трлн. Глава ЕЦБ Марио Драги тогда особо подчеркнул, что действия его организации никак не связаны с валютными курсами. Однако сразу после обнародования информации о начале QE евро подешевел к доллару до минимального уровня с 2003 года и торговался на уровне $1,141. По состоянию на полдень 6 февраля евро оценивался в $1,145.

Накануне стало известно, что Национальный банк Украины отказался от поддержки гривны. После этого украинская валюта обновила исторический минимум по отношению к доллару. За один доллар на межбанковском рынке 5 февраля давали 25,5 гривен, что на 50% больше, чем на торгах днем ранее. Обвал гривны тоже вписывается в картину наблюдений BofA Merrill Lynch.

В середине января о «валютных войнах» говорили на форуме в Давосе. Поводом для дискуссий стали действия Национального банка Швейцарии. Он отменил потолок обменного курса франка к евро. Сразу после этого франк вырос по отношению к доллару и евро более чем на 30%, а ключевой швейцарский фондовый индекс SMI снизился на 10%.

Неожиданные действия ЦБ Швейцарии вызвали настоящую бурю на валютном рынке. Несколько брокерских компаний, работающих на валютном рынке Forex, объявили о финансовой несостоятельности. Одной из них стала британская «дочка» брокерской группы Alpari, российской по происхождению. По оценке Business Insider, Citigroup и Deutsche Bank потеряли примерно по $150 млн из-за решения монетарных властей Швейцарии. JPMorgan же удалось заработать $250-300 млн.

Сценарии без победителей

По оценке Ву, занижение валютного курса - это сравнительно безболезненный и простой политический прием, призванный повысить конкурентоспособность своих товаров и услуг на международных рынках. Другие способы улучшения экономического состояния, например структурные реформы, осуществить гораздо тяжелей. «В мире, где почти исчерпаны источники для дальнейшего роста, а политических инструментов не хватает, «валютные войны» сохранятся надолго», - отмечается в исследовании.
Ву предупредил, что «валютные войны» в мировом масштабе не приведут к росту экономики. Для характеристики нынешней ситуации он использует термин «игра с нулевой суммой». В теории игр под ней понимается ситуация, когда выигрыш одной стороны автоматически означает проигрыш другой. В конечном счете единственный способ избежать этого -​ понижение курса всеми государствами, однако в таком случае выгоды ни у кого не будет.

Как отмечает аналитик, рост валютной волатильности негативно скажется на мировой торговле - компании будут ориентироваться на более высокие риски в заграничных сделках или вовсе отказываться от них в пользу внутреннего рынка. Кроме того, позитивный эффект от понижения стоимости валют в одних государствах будет компенсирован негативными последствиями в странах, которые отказываются от девальвации.

Мнение Ву не разделяют другие финансисты. Сторонники девальвации утверждают, что она является действенным инструментом стимулирования инфляции, то есть роста цен. Это может быть особенно важно для стран и регионов, которые сейчас испытывают дефляцию (Евросоюз и Япония). Дефляция негативно сказывается на росте ВВП, для которого необходима оптимальная инфляция (центробанки развитых стран оценивают ее в 2%).

Ву учитывал данные по валютам США, Китая, Индии, Японии, Германии, Бразилии, Индонезии, Франции, Великобритании, Мексики, Италии, Южной Кореи, Саудовской Аравии, Канады, Испании, Турции, Австралии, Тайваня, Таиланда и России.

Александр Ратников