Сергей Марьин
Forbes.ua

Финансовая система Крыма весной прошлого года едва не впала в кому. От полной остановки денежных потоков спасли отложенный уход украинских банков и стремительный вход российских. Сейчас на полуострове работает чуть менее трех десятков небольших кредитно-финансовых учреждений, организован системообразующий банк. Российские гиганты рынка пока что побаиваются санкций и не открывают свои отделения на временно оккупированной территории.

Российские банки начали заходить в Крым стремительно вслед за аннексией полуострова. Через две недели после референдума один за другим объявили о начале работы в Крыму Российский национальный коммерческий банк (РНКБ) и небольшой московский Генбанк.

РНКБ ранее принадлежал Банку Москвы, входящему в группу ВТБ. Государственное финансовое учреждение, не игравшее заметной роли на рынке России (седьмая сотня в рейтинге), было выбрано в качестве первопроходца на «минном» санкционном поле и системообразующего банка. Банк перешел под контроль правительства Крыма - был приобретен госкомпанией, государственным унитарным предприятием «Вода Крыма».

Причем местные власти, по словам самопровозглашенного главы Крыма Сергея Аксенова, не потратили на сделку ни копейки: деньги на операцию выделил первоначальный собственник - Банк Москвы. Глава республики объяснил такую хитрую сделку «перестраховкой от санкций». А уже в начале 2015 года РНКБ за 4 млрд рублей перешел в собственность малоизвестного питерского ООО «Комплексные энергетические решения». Крупные игроки не решились рискнуть своей репутацией, участвуя в сделке.

Крупнейшим же банком, вошедшим в Крым, стал банк «Россия» (16-е место в российском рейтинге по активам нетто), который с марта и так пребывал под санкциями США. Администрация Барака Обамы объяснила это решение тем, что руководство и совладельцы банка входят «в ближний круг» президента России Владимира Путина. Банк зашел на полуостров уже без валютной лицензии. Системы Visa и MasterCard той же весной прекратили обслуживать карты, эмитированные этим банком.

Первые три месяца российские банки функционировали в большей степени номинально - преимущественно организовывали будущую деятельность, активно переобучали персонал - бывших работников украинских банков. В жизни многих менеджеров и операционистов ничего не изменилось, кроме униформы и руководства. А вот работа с населением часто ограничивалась лишь обменом валюты.

Юридические лица обслуживались настолько, насколько позволяли банковские лицензии. Учитывая, что в Крым пришли маленькие банки, не каждый из них мог похвастаться исчерпывающим списком услуг.

Украинские банки тем временем закрывали прежние операции по кредитам и депозитам. Одним из первых работу прекратил крупнейший игрок - ПриватБанк. За ним последовали остальные, в том числе украинские «дочки» Альфа-Банка, Сбербанка и ВТБ, опасавшихся санкций.

В начале мая 2014 года постановлением НБУ №260 филиалы украинских банков были закрыты на полуострове - их лицензии были приостановлены. Это вызвало панику среди населения. Физические и юридические лица атаковали отделения, пытаясь вернуть свои деньги.

В этот период полноценно функционировали только два банка - севастопольский «Морской» и симферопольский Черноморский банк развития и реконструкции (ЧБРР). На плечи финансовых учреждений с местной пропиской легли все транзакции, бюджетные платежи и обслуживание населения. Главным образом - на ЧБРР, поскольку он обслуживал большую территорию и обладал большей клиентской базой. Учреждение сразу после аннексии полуострова перешло в собственность правительства Крыма.

А «Морской», расширив название до Севастопольский морской банк (поскольку «Морской» банк в России уже существовал), остался в частных руках. Основными бенефициарами банка являются крымский бизнесмен Александр Анненков (93,74%) и Лидия Анненкова (4,36%). Главный бизнес Александра Анненкова - железнодорожные и морские перевозки. Под его контролем транспортная группа компаний «АнРуссТранс», куда входит флот из 24 морских судов, оператор подвижного состава ООО «АНКОР» и железнодорожный экспедитор ООО «СЕТКо» (около 2000 железнодорожных вагонов).

Два крымских банка получили российские лицензии лишь к концу лета 2014 года. До 1 января 2015 года их деятельность, как и других финансовых институтов в Крыму, регулировалась федеральным законом РФ «Об особенностях функционирования финансовой системы Республики Крым и города федерального значения Севастополя на переходный период».

Этот документ позволял осуществлять деятельность без лицензии. Впрочем, до сих пор банкиры, работающие в республике, на многие юридические вопросы не находят ответов. «Остаются незакрытыми операции с Украиной, с которой мы прежде были одной страной, и контракты были внутриэкономическими. Граница появилась, но контракт-то все равно выполнять надо», - сетует менеджер одного из крымских банков.

До недавних пор, то есть больше года, ЧБРР и «Морской» оставались единственными крымскими юридическими лицами в банковском секторе.

Финансовые аборигены, не выходившие из украинской четвертой группы по размеру активов, выглядят неплохо на фоне пришельцев. Российские финансовый и кредитный рейтинги ЧБРР и «Морскому» пока не присвоены. Однако они занимают заметное место в крымском медиаполе и на рынке услуг.

Обоим банкам удается проводить внешнеэкономические операции. По словам собеседника Forbes в банке, общие санкции никак не влияют на работу учреждения, за исключением возможности привлечения зарубежных инвестиций. Сбои в транзакциях с зарубежьем носят ситуативный характер: у одного клиента платеж проходит, у другого - нет. И зависит это от внутренних санкций конкретных зарубежных банков по отношению к Крыму в целом. У ЧБРР 45 отделений и 15 банкоматов, у «Морского», прежде специализировавшегося в основном на обслуживании транспортных (морских) компаний главного бенефициара - 20 отделений (преимущественно в Севастополе) и 14 банкоматов. Небольшое количество терминалов у ЧБРР и «Морского» объясняется тем, что эта ниша по обслуживанию населения уже занята конкурентами. Действительно, банкоматы в крупных городах стоят на каждом углу.
Теперь к ним присоединился и РНКБ. 14 мая он перенес головной офис в Симферополь. Санкции по отношению к РНКБ не заставили себя долго ждать. В конце июля 2014 года они были введены со стороны ЕС и Канады, а в марте 2015-го - со стороны США.

«Российский национальный коммерческий банк не считает санкции Евросоюза угрозой для своей текущей деятельности. Работа РНКБ выстраивалась таким образом, чтобы в случае санкций не пострадали ни клиенты банка, ни сам бизнес организации. В настоящее время банк не имеет активов в странах-участницах ЕС», - такое заявление сделал РНКБ прошлым летом. И аналогичное, заменив «стран-участниц ЕС» на «США» - этой весной.

Эта организация стала единственной жертвой прямых санкций в банковском секторе полуострова. Вместе с тем санкции наложены на Крым в целом. Они предусматривают замораживание активов российских и крымских лиц и организаций, внесенных в санкционный список, куда также попали компании, конфискованные у Украины, и компании, сменившие собственника после одностороннего провозглашения самостоятельности АР Крым; запрет компаниям стран, наложивших санкции, поддерживать деловые отношения с этими лицами и организациями.

Гонка за лидером

Для ЧБРР ситуация может измениться в корне. Его намерен поглотить Генбанк. Об этом в мае на заседании комитета самопровозглашенного государственного совета Республики Крым по экономической, бюджетно-финансовой и налоговой политике сообщил первый заместитель председателя правления Генбанка Сергей Мохов. У частного московского Генбанка 90 отделений и 192 банкомата в Крыму. В феврале 2014-го он занимал 308-ю позицию по активам в России, сейчас - 182-ю. Вклады физлиц за этот период выросли с 3,4 млн рублей до 11,5 млрд.

Если сделка состоится, московская организация сможет войти в топ-100 российских банков и увеличить капитализацию до 10 млрд рублей за счет Агентства по страхованию вкладов.

«При увеличении капитала мы сможем обслуживать счета казначейства и регионального бюджета, развивать ипотечное кредитование», - заметил Мохов. Организация планирует сосредоточиться на кредитовании строительства, сельского хозяйства, малого и среднего бизнеса, ипотечном и потребительском кредитовании.

Кроме того, новая структура намерена занять более 50% крымского рынка, отобрав пальму первенства у РНКБ. После слияния 50% акций банка будут находиться в республиканской собственности, 50% - в частной (без контрольного пакета). «Мы понимаем, что доля, которую мы отдаем правительству, фактически завышена», - считают в Генбанке.

Профильный комитет госсовета Крыма одобрил реорганизацию ЧБРР. В случае одобрения советом министров Крыма и государственным советом Республики Крым слияние может занять до шести месяцев. Банк, образованный в результате слияния, будет переименован.

Местные эксперты к такой перспективе относятся без энтузиазма: «Новое юрлицо автоматически подпадет под санкции, соответственно - лишится возможности вступить в международные организации и сможет работать только на внутреннем рынке».

Все флаги в гости

Остальные российские финансовые организации представлены филиалами, внутрибанковскими структурными подразделениями и кассовыми офисами. Преимущественно в Крыму открыли свои представительства небольшие региональные банки, которым в случае санкций и других политических катаклизмов нечего терять.

За 15 месяцев ряд финорганизаций уже успели показать свое присутствие и уйти. Так, например, получилось с самарским банком «Волга-Кредит», который в начале декабря разместил свои вывески над офисами. Но уже 20 декабря Центробанк РФ отозвал его лицензию в связи со снижением размера собственных средств ниже минимального значения уставного капитала.

Подобные факты иллюстрируют уровень учреждений, решившихся зайти в новый регион. Некоторые банки даже не успевали открыть двери, испаряясь с полуострова то ли из-за отзыва лицензии, то ли из-за боязни акционеров потерять бизнес в Европе и США.

По данным Центробанка РФ, на 1 апреля 2015 года в Крыму и Севастополе работали 555 операционных, кредитно-кассовых и дополнительных офисов и операционных касс, которые представляют 28 российских банков. «Очередей нет, розницы вполне достаточно, - уверен симферопольский эксперт. - Не хватает кредитных офисов».

На долю РНКБ приходится почти половина отделений - 239. Банкоматов - 677, более половины из всех, работающих в Крыму (1241). А также - свыше 5000 POS-терминалов. Учреждение резко взлетело во вторую сотню российских банков и заняло 142-ю позицию по активам нетто. А по вкладам физлиц - на 87-е место в РФ.

В Крыму банк уверенно занимает первое место по всем основным показателям. Залог взлета - вклады физлиц. В феврале 2014 года они составляли всего 53 млн рублей, а сейчас приближаются к 19 млрд. РНКБ занял не только офисы ПриватБанка, но и его нишу - универсальный банк с шаговой доступностью. Отделения банку также передали украинские «дочки» ВТБ, Банка Москвы и Сбербанка.

АБ «Россия», открыв на полуострове 19 отделений, расширил свою сеть на треть, но при этом потерял 3 млрд рублей вкладов физических лиц.

Логичным оказался вход на полуостров скромного московского Джаст Банка. Его единственным учредителем является Ленур Ислямов, владелец самого популярного в недавнем прошлом крымско-татарского телеканала ATR (канал со скандалами не прошел регистрацию в России).

Банк не привлекает средства физлиц, у него всего три отделения на полуострове. Ориентируется на корпоративных клиентов и операции на межбанковском и валютном рынках. Вместе с тем инкассаторские машины с эмблемой «Джаст» конкурируют на дорогах с броневиками РНКБ. За время работы в Крыму банк поднялся почти на 300 позиций, достигнув 496-го места.

Преимущественно в Крыму открыли филиалы небольшие региональные банки, которым в случае санкций и других политических катаклизмов нечего терять. Встречается такая экзотика, как бурятский БайкалБанк (236-е место, 13 отделений, 58 банкоматов - один из самых заметных в новом регионе), якутский банк «Таатта» (307-е место в рейтинге, два отделения в Симферополе, ни одного банкомата).

Активы АБ «Россия», открывшего на полуострове 19 отделений (всего отделений у банка более 60) и установившего 157 банкоматов, выросли на 105 млрд рублей, или порядка 25%. В то же время вклады физлиц в банке упали на 3 млрд, или на 10%.

Также выделяются на общем фоне, каждый по-своему, Крайинвестбанк, принадлежащий правительству Краснодарского края, и «Верхневолжский». «Крайинвест» - второй среди представленных в Крыму, по всероссийскому рейтингу активов - 113-е место (поднялся за полтора года всего на четыре позиции и увеличил активы на 15%). У него всего 13 отделений на полуострове (четыре из них в Севастополе), зато 66 банкоматов. Он предоставляет весьма широкий спектр услуг физическим и юридическим лицам, меняет длинный перечень валют, эмитирует и обслуживает карты MasterCard и пользуется репутацией надежного партнера у других финансовых организаций.

А «Верхневолжский» - банк из райцентра Ярославской области Рыбинска - открыл в Крыму целых 26 отделений, в которых, правда, работает всего девять банкоматов. С февраля 2014-го организация поднялась с 436-го на 308-е место в рейтинге активов и почти вдвое увеличила вклады физических лиц.

Дикий-дикий юг

Поскольку Крым наводнили небольшие банки, у многих из них нет в лицензиях интересных для населения и бизнеса пунктов. Одним не разрешено привлекать депозиты физлиц, другим - кредитовать. Например, банк «Россия» не занимается внешнеэкономической деятельностью.

Ставки по депозитам составляют в национальной валюте в российских банках, как правило, около 10% годовых. В долларах и евро - от 0,1% до 3%. Для крымчан, привыкших давать деньги в пользование в среднем под 20% в гривне и под 10% в инвалюте, новые цифры стали неприятным сюрпризом.

Небольшой МАСТ-банк (184-е место в российском рейтинге по активам) порадовал население более высокими процентами по вкладам. Однако действие его лицензии было частично приостановлено. Банк считают проблемным - с апреля учреждение перестало проводить платежи и расчеты со своими клиентами-юрлицами, а с 8 июня оно отключено от системы электронных платежей ЦБ.

«Проанализировал тарифы вошедших банков по всем позициям - расчетно-кассовому обслуживанию, внешнеэкономической деятельности и т. д., и увидел, что они чрезмерно завышены - в разы, - признается симферопольский финансовый эксперт. - Впечатление, что эти банки зашли не помочь населению, а ободрать его».

Лишь к концу прошлого года десантировавшиеся в Крыму филиалы стали понижать тарифы до уровня, сопоставимого с демократичными расценками российских банков из топ-10. ЧБРР и «Морской» сохранили тарифы прежними. Однако их мощностей не хватает для обслуживания всех крымчан.

В ожидании Годо

По словам главы Крыма Сергея Аксенова, на полуостров все-таки должны зайти монстры российского банковского сектора. И это сделает банковскую систему надежнее. Дело в том, что крымские предприниматели остались без кредитной поддержки. Местные банки выставляют им огромные проценты по займам - от 24% годовых в рублях, а финансовые организации материковой России не выдают денег ни на каких условиях - прежде всего из-за отсутствия кредитных историй.

В конце мая Аксенов сообщил, что премьер-министр РФ Дмитрий Медведев «дал команду государственным российским банкам проработать программу захода» в Крым. И добавил: «Это Россельхозбанк, ВТБ, ВЭБ и так далее - те банки, которые так или иначе находятся под санкциями. С этими банками мы будем строить совместную работу».

По его словам, кредитные организации должны были до 1 июня предоставить свои предложения по работе в Крыму. Однако пока этого не сделали. Представители банков, названных Аксеновым, никак не комментируют возможность своего прихода в Крым в ближайшее время.

Местные эксперты не видят препятствий для вхождения вышеуказанных финансовых институтов: эти банки уже под санкциями, а таковые Запад продлил еще на год.

В свою очередь, Сбербанк пока не намерен работать в Крыму. Об этом сообщил председатель правления банка Герман Греф: «Пока такие планы непозволительны с точки зрения санкций. Мы пока не будем работать в этом регионе».

«Так или иначе, все работает, - с оптимистичной улыбкой подытоживает работу финансовой системы менеджер крымского банка. - Только возникли большие трудности во внешнеэкономической деятельности».