Москва заявляет, что не против создания консорциума по управлению газотранспортной
системой Украины. Однако намерена ждать от Киева конкретных предложений. Новая украинская власть едина в желании создать консорциум. Но свои условия оглашать не торопится.

Россия по-прежнему испытывает интерес к участию в консорциуме по управлению газотранспортной системой (ГТС) Украины, несмотря на строительство «Южного» и «Северного потока», заявил вчера российский премьер-министр Владимир Путин. «Конечно, это снижает наш интерес. Но он еще есть»,- отметил глава правительства России по итогам переговоров с премьер-министром Украины Николаем Азаровым.

При этом господин Путин подчеркнул, что «в конструктивном диалоге» российская сторона готова обсуждать вопросы консорциума и вкладывать определенные средства. Однако, по его словам, Россия сможет окончательно определиться со своим участием в проекте только после изучения конкретных предложений.

Российский премьер также подчеркнул, что консорциум не предусматривает отчуждения украинской газотранспортной системы: «Никто не собирался выкупать, присваивать себе газотранспортную систему. По нашему предложению она должна была остаться в собственности украинского государства». В свою очередь, господин Азаров отметил, что Украина заинтересована в этом проекте, и также заверил, что создание газотранспортного консорциума не предусматривает отчуждения украинской ГТС.

Напомним, немногим ранее первый вице-премьер Андрей Клюев выступил за передачу ГТС в концессию газотранспортному консорциуму, собственниками которого выступят Украина, Россия и Европейский союз. А еще российская и украинская пресса сообщала, что глава Минтопа Юрий Бойко предложил «Газпрому» прямой выход на украинский рынок и создание газотранспортного консорциума. До этого, в начале марта, президент Виктор Янукович сообщил, что Украина намерена добиваться доступа к газовым месторождениям в России при создании газотранспортного консорциума.

После прозвучавших вчера из уст премьеров двух стран заявлений ключевым остается вопрос, на каких условиях делаются предложения. Именно от них и зависит, кто выиграет: Украина как страна или группа предпринимателей, которая получит на пару-тройку лет отсрочку острой необходимости переходить на цивилизованное ведение бизнеса и мировые цены на топливо.

Есть мнение, что идея создания консорциума с передачей наших труб во временное пользование — сомнительный проект. «Газпром» никогда не вкладывает деньги в объекты, которые не являются его собственностью, а Европа никогда не дает кредиты на начинания, у которых отсутствует механизм возвращения инвестированных средств.

Пример Беларуси широко известен: она получила существенное снижение цен на газ в обмен на 50% своей газотранспортной системы. Только многие забывают сказать, что действие данной схемы заканчивается ровно 31 декабря 2010 г., а потом — либо рыночная цена, либо продавайте остальные 50%. При этом за время выкупа половины белорусской ГТС «Газпром» не внес ни копейки на ее реконструкцию.

Второй пример — Польша, через которую проходит нитка Ямал — Западная Европа. Тариф на прокачку там изначально был заложен с таким расчетом, чтобы покрыть расходы на ее строительство. Как только деньги вернулись, «Газпром» устроил Польше форменный террор, требуя снизить ставку чуть ли не до нуля.

Результатом этого противостояния стало то, что из акционеров российско-польской обслуживающей трубопровод компании EuropolGas стороны исключили третьего участника, эдакого «польского Фирташа», разделив акции между собой по 50%. А тариф на прокачку установили на уровне всего 2%-ной рентабельности проекта. Стоит ли говорить, что ни на какие ремонты и реконструкции польской трубы «Газпром» тоже не раскошелился.

Европа уже давно поняла: по отношению к России и Украине она должна действовать по принципу «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих». Совсем недавно Европарламент принял стратегию, по которой все страны Европы должны построить у себя газохранилища с запасом на 45 дней, а также обеспечить работу своих ГТС в двух направлениях. Поскольку единственной страной мира, которой удалось обеспечить работу огромной трубопроводной системы еще и в реверсе, является Украина,— в этом плане мы и нужны Европе.

Все остальное — коммерческие интересы: кредит на модернизацию — рыночные тарифы на транспортировку и газ — возврат кредита с процентами. Мнение технической и инженерной части сотрудников «Укртрансгаза» — таких кредитов нам не надо. (Правда, их мнением не то что не интересуются, а и говорить-то особенно не разрешают). «Укртрансгаз» мог бы сам провести все необходимые работы, если бы власть обеспечила компании рыночный тариф и возможность использовать полученные средства на техперевооружение, а не на субсидирование и покрытие долгов НАК «Нефтегаз Украины». Ведь на технические нужды остаются копейки.

Сегодня Украина одна получает всю прибыль от транспортировки газа по своей территории, и ей не хватает денег ни на реконструкцию, ни на покрытие долгов за потребленный газ. А при сдаче ГТС в концессию прибыль придется делить на троих. Неужели от этого у нашего газового монополиста появится больше денег?

Самый интересный вопрос — сколько же нужно Украине на реконструкцию ГТС? Ответа на него нет. Звучали суммы от $2,5 млрд. до $5 млрд. Обе суммы — корректны. Просто все зависит от того, чьи трубы и комплектующие для всей инфраструктуры мы будем покупать. Свои или импортные, напрямую или через посредников, посредник божеский откат возьмет или решит отмерять себе на три жизни.

Год назад «Укртрансгаз» готовил для Европейской комиссии «Мастер-план модернизации и реконструкции ГТС». Общая сумма там выведена — 3 миллиарда 18 с половиной миллиона долларов США. Как рассчитывали — тайна за семью печатями, потому что техническую часть писали в одних кабинетах, а суммы ставили — в других. Причем эти кабинеты находились в разных зданиях.

С оглядкой на вышесказанное, отзывы эксперт ов о ситуации никак не могут выглядеть радужно. «Сегодня цена на российский газ в Украине выше, чем в европейских странах долларов на 70, с учетом транспортной составляющей. Удерживая Украину в таких условиях, Россия получает хорошую возможность заставить ее сделать внешнеполитический разворот в интересах российской политики — вступление в ЕЭП и Таможенный союз»,— отмечает Владимир Омельченко, эксперт Центра им. А. Разумкова.