Уголь по праву считается самым грязным топливом в мире, хотя и самым дешевым. Но его добыча создает огромное число рабочих мест, дает мультипликативный экономический эффект, а также обеспечивает многие страны теплом и электроэнергией. И угольная эра, судя по всему, подошла к концу.

Электростанция Hazelwood в австралийском штате Виктория начала вырабатывать электроэнергию 52 года назад. Яркий символ эпохи, когда уголь был королем, Hazelwood была одной из самых "грязных" в Австралии: в качестве топлива она использовала коричневый уголь, который загрязняет воздух намного больше, чем черный уголь. Электростанция была официально закрыта 31 марта.

Несколько дней до этого были разрушены дымовые трубы на Munmorah, угольной станции на севере Сиднея.

В последние семь лет Австралия уже ликвидировала десять таких генераций, но на угле до сих пор производится примерно три четверти всего электричества страны.

Похожий тренд наблюдается по всей Азии, на которую приходится две третьих мирового спроса на уголь. Крупнейшие экономики (за исключением Японии, которая надеется заменить атом на "чистый" уголь") либо закрывают старые станции, либо отказываются от строительства новых.

Все это ставит под вопрос будущее угольной индустрии.

Две причины объясняют наметившийся переизбыток производственных мощностей в странах, от Китая и Индии до Австралии (Юго-Восточная Азия все еще очень сильно зависит от угля).

Во-первых, спрос на электроэнергию стагнирует, снижается или растет медленнее, чем ожидалось, что усиливает финансовое бремя для угольных электростанций.

Во-вторых, страны активно ищут альтернативные источники энергии, в первую очередь возобновляемые, чтобы снизить загрязнение окружающей среды и выброс углерода. По мере того как стоимость возобновляемых энергоресурсов снижается, уголь становится все менее привлекательным, отмечает британский журнал The Economist.

Основная угроза угольному сектору - снижение интенсивности использования энергии для экономического роста, то есть требуется меньше энергии для получения того же уровня роста.

Богатые страны перестраиваются от промышленного производства к услугам, используют все больше светодиодное освещение и производят энергосберегающие товары, такие как холодильники и кондиционеры.

Согласно данным Международного энергетического агентства среди развитых экономик Австралия и Япония имеют самую низкую интенсивность использования энергии.

Китай и Индия двигаются в том же направлении. Первичный спрос на электроэнергию в Поднебесной снизился в 2015 г., первое подобное падение за 20 лет, что в основном указывает на постепенный отход от тяжелой промышленности и проведение энергосберегающей политики.

В тот же год спрос на уголь в Китае рухнул примерно на 4%. По тем же причинам рост спроса на электроэнергию в Индии составляет 5% в год, что ниже темпов роста ВВП в целом (около 7%).

Как в Индии, так и в Китае, власти в прошлом сильно завысили будущий рост спроса на электроэнергию, в результате чего угольные электростанции в обеих странах работают не в полную мощность, утверждает эксперт Американского института энергетической экономики и финансового анализа Тим Бакли.

Инфографика

Нерациональное использование мощностей отталкивает инвестиции в новые угольные электростанции.

Согласно данным мартовского доклада CoalSwarm девелоперы в Индии и Китае недавно отказались от строительства новых угольных станций общей мощностью в 68 ГВт, хотя сейчас в стадии строительства все еще находятся генерации мощностью в 145 ГВт и 50 ГВт соответственно.

В Центральном электроэнергетическом управлении Индии не видят необходимости в строительстве новых угольных электростанций в ближайшее десятилетие, так как существующие предприятия используются не до конца. "Производство электроэнергии на угле становится нерентабельным", - считает бывший министр энергетики Индии Э. А. С. Сарма.

Еще одна угроза для угля в Азии - сжиженный природный газ (СПГ), импорт которого в прошлом году взлетел на 37% в Китай и на 30% в Индию. Это частично объясняется резким ростом предложения из Австралии.

Хотя австралийскому СПГ рады в Азии и он помог австралийской экономике привлечь инвестиций на 200 млрд австралийских долларов ($150 млрд) за последние 10 лет, он стал причиной неожиданных трудностей для внутреннего рынка электроэнергии. Дело в том, что после блэкаутов в Южной Австралии в прошлом году и закрытия угольных электростанции у австралийских штатов резко возрос спрос на природный газ, но он почти весь уходит на экспорт.

До тех пор пока на домашнем рынке не будет достаточно газа, звучат призывы к правительству, необходимо зарезервировать определенный объем экспортного газа для внутреннего потребления. Но искусственное регулирование рынка может вызвать другое недовольство. Так что в этой ситуации в выигрыше может оказаться уголь.