Британско-нидерландский концерн Shell покупает BG Group, чтобы стать мировым лидером по производству СПГ. Эта сделка изменит расклад сил в газовой отрасли, считает Андрей Гурков.

Британско-нидерландский концерн Royal Dutch Shell многие по старинке считают нефтяной компанией. На самом же деле этот энергетический гигант вот уже целый ряд лет больше занимается добычей газа, а не нефти. И вот теперь он закрепляет подспудно произошедшую смену бизнес-модели громкой и знаковой сделкой: он объявляет о намерении за 70 миллиардов долларов купить британскую BG. Раньше эта компания называлась British Gas.

Объединение двух компаний, сделавших ставку на СПГ

Если наметившееся слияние увенчается успехом, расклад сил в мировой газовой отрасли серьезно изменится. И дело тут не столько в появлении нового очень крупного игрока, ведь речь идет об объединении первого и третьего по величине глобально действующего британского производителя газа.

Куда весомее другое. Обе компании сделали ставку на сжиженный природный газ (СПГ), в частности - крупно вложились в такой перспективный экспортный газовый рынок, как Австралия (кстати, Shell участвует и в первом СПГ - проекте в России "Сахалин-2"). В результате объединения двух фирм возникнет, как подчеркнул, объявляя о сделке, исполнительный директор Shell Бен ван Берден, мировой лидер в области СПГ.

И он, естественно, будет всячески продвигать эту технологию. Можно не сомневаться: слияние Shell и BG резко ускорит уже начавшийся глобальный процесс вытеснения трубопроводного газа сжиженным. В долгосрочной перспективе СПГ, несомненно, займет доминирующее положение в отрасли, в которой пока основным средством транспортировки продукции является труба, а не танкер, как в нефтяном бизнесе.

Риски и шансы для "Газпрома" и российских экспортеров

Так что готов допустить, что будущие историки энергетики решат считать формальным днем начала новой эры, эры сжиженного газа, именно 8 апреля 2015 года. Автомобильный век ведь тоже начался задолго до того, как с улиц больших городов исчезли конные экипажи.

Что же касается газопроводов, то они, естественно, никуда не исчезнут, и голубое топливо, скажем, из Туркмении или Восточной Сибири и через 50 лет будут поставлять в Китай вовсе не в танкерах. Однако в омываемой всевозможными морями Европе, где роль магистральных газопроводов традиционно очень велика, их значение будет падать.

С этой точки зрения сделка между Shell и BG невыгодна российскому "Газпрому": впредь ему придется иметь дело с серьезно укрупнившимся конкурентом, который, естественно, будет стремиться увеличить поставки СПГ на свой родной европейский рынок, где доля российского газа и так сокращается.

С другой стороны, тот новый мощный импульс, который получат благодаря этой сделке мировой и европейский рынки СПГ, пойдет на пользу и российским проектам в этой сфере, будь то на Сахалине, на Ямале, во Владивостоке или на Балтике. Ведь рост предложения стимулирует спрос, и чем больше на планете окажется точек, где не только сжижают газ, но и регазифицируют СПГ, тем больше возможностей для диверсификации экспорта будет у российских производителей. Так что новая эра, как любой технологический прорыв, таит в себе немалые шансы. Надо только грамотно ими воспользоваться.