Россия настойчиво предлагает Украине объединить активы в атомной энергетике. Поначалу многие вопросы показались для украинской власти слишком революционными. Но создание совместного российско-украинского предприятия стороны продолжают обсуждать, сообщает газета "Дело".

Атомная отрасль Украины и атомная отрасль России - это единое целое. Она так когда-то была создана. В результате этого России повезло несколько больше, потому что даже после нашего разделения у нас почти вся технологическая цепочка осталась на территории России. Кстати, за исключением одного - у нас не осталось производства тихоходной турбины. Харьковский «Турбоатом» - это производство тихоходной турбины, почти на всех атомных станциях России работает харьковская турбина на сегодняшний день. Вот только сейчас, на прошлой неделе, «Силовые машины» в Санкт-Петербурге заложили новый цех, который будет производить тихоходную турбину.

Вообще, интеграцию с Харьковским «Турбоатомом» выстроить целесообразно. Покупать из категории «надо, иначе не справимся» - нет, мы обойдемся. Но если мы сумеем выстроить интеграцию, в том числе с Харьковским «Турбоатомом», конечно, это будет эффективнее, дешевле и быстрее.

В Украине сегодня осуществляется добыча урана. Хотя основное месторождение, Новоконстантиновское, еще не развернуто, но требуются большие деньги. Мы теоретически могли бы обсуждать возможность совместной работы по развертыванию этого месторождения. Да, в Украине нет обогащения. И не будет, потому что технология обогащения - это та самая технология двойного применения, и есть международные нормы, запрещающие ее передачу в страны, которые ею не обладали.

В Украине был высокообогащенный уран в исследовательских целях. Но мы его сейчас забираем, как и из целого ряда других стран, просто для того, чтобы не создавать угрозу потенциального доступа террористов. Бомбу из него сделать нельзя, а напакостить, в принципе, можно. Поэтому это правильное решение правительства Украины - передать его нам. Но это не продажа, а обмен. Мы забираем высоко обогащенное топливо, а поставим свежее - низкообогащенное топливо.

Обогащение урана будет осуществляться на российской территории. Мы готовы это обсуждать с нашими украинскими партнерами. Кстати, уже обсуждаем, создали рабочие группы по всем направлениям - всерьез готовы говорить о создании СП, при котором наши украинские партнеры могут стать собственниками, партнерами, акционерами одного из наших обогатительных комбинатов. Завод не переедет на территорию Украины, но это будет частично и украинский завод, они получат доступ к той технологии, которой у них сегодня нет - фабрикация топлива. Заводы на нашей территории, мы можем использовать комплектующие украинские, циркониевые, прокат, ну и целый ряд деталей из циркония делаем уже сегодня на украинских предприятиях. Обсуждаем как возможность вхождения украинских партнеров в акционерный капитал одного из российских заводов, так и создание завода на территории Украины. Сейчас Украина проводит тендер. Думаю, что мы сможем дать самое конкурентоспособное предложение с тем, чтобы на территории Украины развернуть сборочное производство.

Сейчас финальная стадия переговоров. Рассчитываю, что в ближайшие дни мы их завершим: в Украине есть недостроенные атомные станции, которые Украина самостоятельно достроить не сможет. Просто часть технологической цепочки оказалась на территории России - все корпусное оборудование, корпуса реакторов, теплообменники. Собственно, большая наука оказалась на этой стороне, и главный конструктор, и научный руководитель, и расчеты кодов - все, что связано с реакторами, на российской территории. Поэтому самостоятельно они достроить не смогут. Вместе сможем.

При этом на украинской территории есть целый ряд интересных предприятий и заводов, кстати, и специалистов. Если вы сейчас поедете на любую нашу стройку за рубежом, поедем ли мы с вами в Бушер или в Индию, или в Китай, везде найдете 20-30% граждан Украины, потому что там очень квалифицированные и профессиональные атомщики, которые, не имея заказов в Украине, работали на российских станциях.

По закону мы не можем их привлекать к стройке в России, здесь работают только граждане России, а в третьих странах они работают, и работают прекрасно. Поэтому нужна возможность интеграции, которая позволит Украине восстановить всю технологическую цепочку для достройки атомных энергоблоков. Более того, Россия готова оказать и финансовую помощь. Чтобы достроить два блока Хмельницкой АЭС, нужны миллиарды долларов инвестиций. И это станция высокой степени готовности, которая оперативно может быть завершена, при этом как минимум 50% поставок, если не больше, могут осуществить украинские предприятия. Для нас это тоже интересно, потому что мы за счет целого ряда украинских предприятий достраиваем свою технологическую цепочку. Внутри России мы без этого обойдемся, но с учетом сооружения станций в третьих странах масштаб заказа у нас нарастает. Мы уже упоминали об этом - там и Турция, и Вьетнам, и Индия, и Китай. Только за последнее время мы заключили контрактов в потенциале больше, чем на 20 блоков, на ближайшие 10-15 лет. Для нас появится возможность разместить заказы на украинских предприятиях, где продукция подешевле, чем на российских предприятиях, а качество - выше.

Сергей КИРИЕНКО
глава «Росатома»