Международные концерны жаждут получить доступ к энергетическим запасам Туркмении. Ашхабад, преследуя собственные интересы, нередко настраивает претендентов друг против друга, пишет обозреватель Neue Zuercher Zeitung Геральд Хосп, однако, в отличие от своего предшественника, диктатора Сапармурата Ниязова, нынешний президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов делает первые осторожные шаги в сторону открытости страны - прежде всего, с целью привлечения международных энергетических концернов.

"Приманка, которую использует Туркмения, - это, даже по самым скромным оценкам, четвертые по величине газовые резервы в мире", - продолжает издание, добавляя, что, по оценкам Ашхабада, они составляют около 24 триллионов кубометров сырья. "При этом руководство центральноазиатской страны стремится как постоянно подпитывать интерес международных инвесторов, так и укреплять свою позицию на переговорах".

Вместе с тем, продолжает автор, встает вопрос, как поднять на поверхность эти "сокровища" и насколько затратной будет добыча. Дело в том, что туркменский газ скрыт глубоко под землей и содержит примеси серы. "Но камнем преткновения во всей этой истории становится тот факт, что туркменские власти выдают иностранным концернам лицензии, предусматривающие Production Sharing Agreements (PSA - соглашение о разделе продукции) только на разработку туркменского шельфа в Каспийском море, а не на месторождения внутри страны". Исключение было сделано для китайского энергетического концерна CNPC, получившего PSA на разработку месторождения на востоке страны. При этом, замечает автор, добыча у побережья таит в себе больше рисков.

Двойственность позиций руководства Туркмении проявляется и в вопросе о строительстве газопровода Nabucco, по которому газ из Центральной Азии и с Ближнего Востока через Турцию должен будет дойти до европейских потребителей. "Страны ЕС возлагают на него надежды, желая снизить зависимость от российских поставок", - напоминает издание. Москва, со своей стороны, ответила проектом "Южный поток". "Для Туркмении Nabucco очень привлекателен: бывшая советская республика из-за ведущих преимущественно на север газопроводов связана с европейскими рынками только через Россию, которая как посредник продает туркменский газ дороже, чем покупает", - замечает журналист. Освободительным рывком из российских объятий стало для Туркмении открытие газопровода в Китай и расширение мощности трубопровода в Иран.

Что касается Nabucco, то российская сторона указывает на отсутствие конкретных договоров на поставку, замечает издание. При этом руководство консорциума уверенно, что согласие на инвестиции будет получено уже в этом году. По словам еврокомиссара по энергетическим вопросам Гюнтера Оттингера, в ходе встречи с президентом Туркмении речь шла о готовности последнего принять решение по поставкам к концу года.

"Туркменское руководство ведет искусную игру, чередуя сближение с дистанцированием, - замечает Геральд Хосп, - несмотря на то, что встреча еврокомиссара с Бердымухамедовым была названа дружественной, в русскоязычной газете "Нейтральный Туркменистан" статья о ней занимала не слишком примечательное место. То, что Туркмения является не самым доступным местом для инвестиций, на своем опыте почувствовал итальянский концерн Eni. Ашхабад отменил визы для сотрудников концерна после того, как Eni купил в июне 2007 году действующую на территории страны добывающую компанию Burren Energy, не поставив в известность местные власти.

Как бы то ни было, пишет в заключение автор, несмотря на все трудности, нефтегазовые концерны из США, Европы, России, Азии и арабского мира выстраиваются в очередь, чтобы получить долю в туркменских месторождениях.