Продолжит ли Международный валютный фонд сотрудничество с новым украинским правительством? Этот вопрос в начале апреля волновал украинскую политическую верхушку и общественность едва ли не больше всего.

Директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард успокоила скептиков. "Всегда", - таким был ее ответ на вопрос украинского журналиста во время пресс-конференции, посвященной работе Весенней сессии директоров МВФ и Мирового банка, которая состоялась в Вашингтоне в середине апреля. Ежегодное мероприятие собирает в столице США глав центробанков, министров финансов со всего мира.

Чуть позже Лагард заявила, что Фонд продолжит сотрудничество с Украиной. Но конкретные сроки получения очередного транша в МВФ пока предпочитают не называть.

Впрочем, политический кризис, длительное формирование нового правительства и низкие темпы украинских реформ - вопросы далеко не первые в повестке дня МВФ.

Главными темами нынешней ежегодной Весенней сессии стали низкие темпы глобального экономического роста, возможный новый финансовый кризис, который предрекает МВФ, а также вопросы, связанные с налогообложением.

Последнюю тему во многом определил скандал с публикацией Панамских документов в начале апреля.

Так, министры финансов стран ЕС в Вашингтоне обсуждали различные методы борьбы с оффшорами - от персональных санкций в отношении людей, которые помогают укрываться от налогообложения до составления черных списков стран, которые будут отказываться от сотрудничества в этой сфере.

Отдельной темой для обсуждения стал миграционный кризис и поиски путей его преодоления. "Это глобальный кризис, и он касается каждой страны. Не надо думать, что эта проблема пройдет мимо вас и решится сама собой", - сказала на одной из дискуссий в Мировом банке королева Иордании Рания.

Еврокомиссару Йоганнесу Хану только осталось одобрительно покивать головой - "Кризис беженцев заставил Европу оглянуться по сторонам. Теперь ее дальнейшее развитие зависит от того, как она будет отвечать на вопросы миграции, которая становится одной из определяющих проблем 21 века".

Впрочем, ближайшее будущее Европы будет решаться в Великобритании 23 июня. На эту дату назначен референдум, на который вынесен вопрос о членстве Объединенного Королевства в ЕС. Кристин Лагард во время одной из пресс-конференций отшутилась, что надеется на то, что " этот брак можно будет сохранить".

На самом деле, и МВФ, и Мировой банк уже просчитывают последствия того, если британцы все-таки примут решение о выходе из ЕС. Еще больше в Фонде переживают о том, что это событие по времени может совпасть с греческим дефолтом.

К новому украинскому правительству в МВФ пока присматриваются. Из своих источников "Украинской правде" стало известно, что во время встреч с украинской делегацией, которую возглавляла глава Нацбанка Валерия Гонтарева, Кристин Лагард спросила, когда в Украине все-таки будет назначен новый генеральный прокурор. Также МВФ интересовался и новым министром финансов Александром Данилюком, вокруг которого с первых дней на должности разгорелся свой оффшорный скандал.

"Украинская правда" в Вашингтоне записала интервью с первым заместителем директора-распорядителя МВФ, одним из самых авторитетных мировых экономистов Дэвидом Липтоном. В нем он отвечает на вопросы о глобальных вызовах для МВФ и мировой экономике, а также об ожиданиях от новой украинской власти и ее борьбе с коррупцией.

- Ваш отчет касательно глобального экономического роста рисует довольно мрачную картину на ближайшее будущее. Вы достаточно осторожно предсказываете возможность нового финансового кризиса. Какими могут быть последствия в случае реализации негативного сценария?

- Я думаю, что в отчете представлен реалистичный взгляд.

Экономическое восстановление продолжается, однако, оно слишком медленное.

На глобальном уровне существует много рисков, о которых некоторое время уже известно - это связано с аспектами глобального финансового кризиса, от которых так и не избавились.

В это же время появились и новые риски, как в экономической, так и в политической плоскости.

Среди них: снижение цен на нефтяном и сырьевых рынках, на которое люди еще продолжают реагировать, замедление экономики Китая, начало процесса ужесточения кредитно-денежной политики в США, ряд политических рисков.

- Какие политические риски являются важными, на ваш взгляд?

- Политические риски включают много моментов: конфликт на востоке Украины, потоки мигрантов и беженцев с Ближнего Востока и Северной Африки, риск выхода Великобритании из Европейского Союза.

Если все это сложить, то становится очевидным, что международному сообществу необходимо прикладывать усилия для поддержания экономического роста, для укрепления экономики и для минимизации рисков, которые могли бы ослабить этот процесс.

Мы выступаем за расширение подходов, которые используются для этих целей. Страны с развитыми экономиками серьезно полагались на монетарную политику. Мы, в свою очередь, призывали к более комплексному подходу - реформировании валютной, фискальной и инфраструктурной политик.

На мой взгляд, международная общественность, которая тут собралась ( в Вашингтоне на весенней встрече директоров МВФ - УП), достаточно восприимчива к нашему видению. Они понимают, что нам необходимо расширить масштаб подходов.

В то же время, мнения касательно уровня пессимизма или оптимизма разнятся, однако все понимают, что риски высоки. Никто не оспаривает наши прогнозы касательно роста или наш подход к оцениванию рисков.

- Как вы считаете, какой из подходов должен быть приоритетным?

- В зависимости от места, это могут быть разные подходы. Нет единого рецепта. Например, для Европы это должен быть более комплексный подход.

Европе все еще нужно справиться с последствиями кризиса, все еще есть банки, имеющие слишком большое количество плохих кредитов. Поэтому очень важно найти пути для управления этими займами и реструктуризации компаний, которые не могут их выплачивать.

С точки зрения макроэкономической ситуации, Европе необходимо, чтобы Европейский Центробанк продолжал свои программы поддержки экономики. В то же время Европе необходима правильная фискальная политика, которая бы поддерживала экономический рост, а также более амбициозная инфраструктурная политика, которая бы привела к увеличению инвестиций и, как следствие, повысила бы спрос и предложение. Это и могло стать тем пут ем, который бы усилил частный сектор экономики.

- На нынешней встрече много внимание было уделено миграционному кризису, который является важной темой для всех европейских стран. Как, по вашему мнению, европейские страны должны подходить к решению этой проблемы?

- Я считаю, что это проблема касается не только Европы.

Существует ряд рисков политической нестабильности - проблема сдерживания "Исламского государства", "Боко харам", конфликта в Ливии.

Пока эти вопросы не будут решены, мы будем продолжать наблюдать миграционные потоки. Есть необходимость в сотрудничестве для помощи странам в регионах Ближнего Востока и Северной Африки, чтобы помочь им справляться с этими вызовами. В Ливане и Иордании количество беженцев составляет примерно 25% населения, и это не те страны, которые имеют необходимые ресурсы для решения подобных проблем.

В Турции количество беженцев и мигрантов составляет 3% от населения, что для Турции также большая цифра. Как известно, Турция и Европа заключили договор об уменьшении потока людей в Западную Европу, которая, в свою очередь, пообещала финансовую помощь для решения это задачи.

С экономической и финансовой точки зрения мировое сообщество должно помогать решать проблему беженцев таким странам, как Ливан, Иордания, Тунис и Турция.

Западная Европа, в свою очередь, должна принимать участие во внедрении механизмов распределение нагрузки.

Согласно нашему исследованию, в долгосрочной перспективе страны могут получить выгоду от переселенцев, особенно это касается стран Европы, в которых наблюдается падение количества рабочей силы из-за демографических изменений. Если такие страны могут предоставить жилье, накормить и одеть беженцев, потом обучить их и интегрировать в рабочую силу, беженцы в свою очередь смогут внести свой вклад в развитие общества.

- Какой вы видите роль МВФ в решении данного вопроса?

- Мы уже проделали большую работу, провели анализ касательно необходимых шагов для решения этого кризиса и их эффективности.

Мы предоставляем финансирование разным странам, которых эта проблема задела по-разному. Ранее мы уже внедряли программы кредитования в Иордании, сейчас одна из таких программ работает в Тунисе.

Мы также занимаемся тем, что побуждаем страны работать вместе и совместно предоставлять консультационную и финансовую помощь государствам, которые нуждаются в поддержке. МВФ также помогает и странам Европы. В основном это касается внедрения правильной фискальной политики, которая бы помогала им финансово справляться с тем воздействием, который миграционный кризис имеет на их экономики.

- Очень активно сейчас также обсуждается будущий референдум по выходу Великобритании из ЕС. Могли бы вы объяснить экономические риски и последствия?

- Среди краткосрочных рисков следует выделить неопределенность касательного того, состоится ли выход Великобритании из ЕС, что в свою очередь влияет на поведение бизнеса, как в финансовом плане, так и в других аспектах.

Если британцы проголосуют за выход, то последует незамедлительная реакция на возникнувшую неопределенность.

Если говорить о долгосрочных рисках, то в случае выхода внимание будет сосредоточено на тех договоренностях, которые необходимо будет заключить: относительно правил торговли, движения капитала, банковской системы и финансовых рынков. Достаточно сложно прогнозировать выгоды или издержки для каждого из сценариев. Однако мы уже занимаемся изучением этого вопроса.

Я считаю, что наиболее важный момент, момент на котором сейчас сосредоточено внимание людей, это краткосрочные неопределенности и вопрос будущего взаимодействия между ЕС и Великобританией, если будет принято решение о выходе из союза.

- В своем прогнозе МВФ также ухудшил показатели для российской экономики, на которую влияют санкции и снижение цены на нефть.Сейчас в Европейском Союзе идет дискуссия относительно снятия санкций с России. По вашему мнению, возможно ли это и какими могут быть последствия для российской экономики и региональной экономической ситуации в целом, если санкции будут сняты?

- Я не знаю, какое решение примут страны, которые решили ввести санкции. Однако мы считаем, что большая часть негативного влияния на российскую экономику была вызвана снижением цен на нефть. Потому что это были очень большие и моментальные, с точки зрения экспортных операций, торговые потери.

Санкции, несомненно, стали причиной прекращения финансирования, однако достаточно сложно судить о негативном влиянии этого аспекта из-за того, что некоторые компании подготовились к такому развитию событий. Но, очевидно, что теперь, когда санкции действуют, они имеют влияние на российские компании. У них нет возможности получить финансирование из-за границы и нет возможности сотрудничать с зарубежными компаниями.

- Каким, на ваш взгляд, должна быть роль МВФ в ситуации вокруг "Панамских документов"? Может ли ликвидация налоговых гаваней, в конечном итоге позитивным развитием событий для международного сообщества?

-Мы выступаем за прозрачность и за то, чтобы финансовые счета и компании, владеющие активами, были подотчетны налоговым ведомствам во всем мире.

В данном контексте необходимо противостоять нескольким вещам: отмыванию денег, финансированию терроризма и уклонению от уплаты налогов. На наш взгляд, более высокий уровень сотрудничества между юрисдикциями с прозрачными инструментами для обмена информацией относительно бенефициарного владения, это хорошая идея. И несколько европейских министров финансов уже предложили пути решения данного вопроса, который мы поддерживаем.

На протяжении многих лет мы занимаемся консультированием стран, которые хотят предотвращать отмывание денег и финансирование терроризма. Поэтому МВФ вовлечен в решение этих вопросов и продолжит заниматься это работой. Однако, на мой взгляд, так же важно усиливать давления на страны, которые не сделали достаточно для того, чтобы стать более открытыми или прозрачными, и которые, в частности, не предприняли достаточных усилий для обмена информация с целью налогового контроля.

- Как вы можете объяснить разные позиции стран относительно этой проблемы? Существует мнение, что Великобритания, например, будет занимать более пассивную позицию в борьбе с деоффшоризацией.

- Не знаю, время покажет.

Я надеюсь, что все основные страны присоединяться к этим усилиям. Ведь успех этой борьбы будет зависеть от того, останутся ли в мире "темные углы".

Если, например, удастся перекрыть возможность для проведения незаконных платежей для некоторых юрисдикций, но останутся другие варианты, такие операции будут проводить там, где это все еще возможно.

- Повлияет ли информация, которая стала известна благодаря "Панамским документам" о президенте Украины Петре Порошенко на отношения между Украиной и МВФ?

- Мы не знаем, и никто не знает, что произойдет когда, наконец, будут раскрыты 11,5 миллиона страниц этих документов. Я знаю, что информация, которую обнародовали, во многих странах стала причиной ряда дискуссий. Однако я считаю, что наша задача состоим в том, чтобы пытаться помочь Украине и е е правительству, поэтому мы будем продолжать эту работу.

- Вы удовлетворены тем, как украинские власти борются с коррупцией?

- Это хорошая тема. После того как (министр экономического развития Айварас) Абромавичус подал в отставку, мы сделали заявление, что есть серьезные вопросы в нашей программе касательно борьбы с коррупцией, институционных изменений и методов ведения дел правительством, которыми необходимо заниматься и решить, чтоб МВФ мог возобновить программу.

Мы четко дали понять, что ряд вопросов сосредоточенных вокруг проблемы борьбы с коррупцией, включая создание антикоррупционного бюро, процесс назначения туда людей, принятие необходимых законов - все это очень важные задачи.

-Что вы можете сказать насчет влияния олигархов в Украине?

- Важно чтобы Украина нашла возможность уберечь политическую, финансовую и экономическую сферы от влияния богатых людей.

Это является проблемой Украины на протяжении почти 25 лет. Это, конечно, не является главной проблемой, которую мы мониторим в рамках нашей программы, однако она является важной в том смысле, что коррупция может влиять на способность правительства проводить реформы.

- Не так давно Украина получила свое новое правительство. Повлияет ли это на переговоры между Украиной и МВФ? Что вы думаете по поводу новой команды?

- В первую очередь это означает, что мы можем возобновить дискуссию насчет исполнения украинской программы МВФ. Ранее было достаточно сложно серьезно обсуждать будущие шаги в этом направлении. Теперь нам есть с кем разговаривать.

Наша задача простая - мы хотим помочь Украине оставаться на пути реформ.

Мы считаем, что шаги, которые были сделаны предыдущим правительством согласно программе, привели к окончанию финансового кризиса, стабилизации страны и восстановлению конкурентоспособности, потеря которой и была причиной остановки роста украинской экономики.

Мы также считаем, что большое количество шагов, которые были сделаны для решения проблем в газовом секторе, имели огромное позитивное воздействие на Украину.

Это касается ликвидации субсидий для бедных, которые часто доставались совсем не бедным, и уменьшении расточительного использования газа. Также, насколько я понимаю, впервые прошлой зимой Украина совсем не импортировала газ из России для своих нужд. Я считаю, что это большое достижение, учитывая, что энергетическая зависимость от России была большой проблемой для Украины на протяжении длительного времени. Теперь, как мне кажется, украинская экономика готова к возобновлению роста.

Поэтому мы надеемся на возобновление сотрудничества МВФ с Украиной на пути необходимых реформ.

- Какими, по мнению МВФ, должны быть приоритеты для проведения реформ в Украине в ближайшие полгода?

- В первую очередь, нужно не допустить отката тех реформ, которые уже был проведены. Бюджет почти сбалансирован, курс обмена валюты отрегулирован, последствия от девальвации купированы, монетарная политика является разумной, потери от газового сектора также заметно снижены - поэтому важно не допустить, чтобы эти процессы пошли вспять.

Есть ряд законов, которые Украине необходимо принять, для того, чтобы выполнить свои обязательства касательно дальнейших реформ. Также есть вопрос дальнейшего повышения тарифов, который придется обсуждать, так как это ключ к финансовой и энергетической независимости Украины.