Инна Коваль

На сегодня под контролем Украины находится всего 35 государственных шахт из 90. Остальные 55 оказались на оккупированной пророссийскими боевиками территории Донецкой и Луганской областей. Причем боевикам достались экономически самые конкурентные шахты - антрацитовые, а Украине - преимущественно слабые и убыточные, добывающие энергетический уголь газовой группы марки «Г».

Еще 12 мая нынешнего года правительство своим постановлением №271 утвердило перечень шахт, подлежащих продаже - их 24. Остальные 11 признаны бесперспективными и выработавшими промышленные запасы, поэтому шесть шахт планировалось передать на консервацию. Это: шахта им. Димитрова (ГП «Красноармейскуголь»), «Золотое» и «Тошковская» (ГП «Первомайскуголь»), «Новодружевская» и «Привольнянская» (АО «Лисичанскуголь»).

Еще на пяти должна была начаться процедура ликвидации: «Северная» и «Южная» (ГП «Дзержинскуголь»), «Родинская» (ГП «Красноармейскуголь»), «Заречная» (ГП «Львовуголь»), шахты «Нововолынская №1» и «Нововолынская №9» (ГП «Волыньуголь»).

Часть этих шахт и так должны были закрыть или законсервировать в 2013-2015 годах, у части срок наступает в 2017-2018 годах, согласно более ранним планам. Но ситуация изменилась - изменились и планы. Впрочем, еще в 2012 году в «Программе развития угольной промышленности Украины до 2030 года» авторы писали, что процесс закрытия шахт сильно затянулся.

«Главной причиной является незаинтересованность широкого круга людей, так или иначе причастных к получению и использованию бюджетных средств. Текущие затраты госбюджета на содержание объектов закрытия превышают 2 млрд гривен в год и имеют тенденцию к росту, что сильно ограничивает бюджет развития отрасли. Программу закрытия шахт необходимо завершить как можно быстрее, и не дольше, чем за три года», - говорилось в документе.

Впрочем, правительство Арсения Яценюка, похоже, решило проигнорировать этот вывод и продолжить практику «попередников». 24 июня на сайте Министерства энергетики и угольной промышленности было опубликовано приглашение потенциальным инвесторам принять участие в приватизации уже 36 шахт. Список несколько отличается от постановления правительства от 12 мая, кроме того, включает в себя все шахты, ранее отправленные в список «на ликвидацию и закрытие». Также в нем появилась шахта, принадлежащая ДТЭК - шахта им. Дзержинского, которую в 2020 году предполагалось отправить на ликвидацию.

По миру за инвесторами

Министерство энергетики и угольной промышленности решило привлечь две международные консалтинговые компании - Ernst and Young и Deloitte - для поиска потенциальных инвесторов. При помощи этих компаний на шахты, которые в большинстве своем являются убыточными, правительство хочет привлечь частных инвесторов, чтобы они реанимировали их за счет своих финансовых ресурсов, новых технологий добычи и управления.

«Главное задание, которое ставит министерство, предлагая шахты на приватизацию, обеспечение безубыточной деятельности, а отсюда - конкуренция на рынке и источник финансирования работы шахтеров», - прокомментировал приглашение Владимир Демчишин, министр энергетики и угольной промышленности.

Из 36 выставленных шахт только пять добывают уголь на уровне 450 000 - 1 млн тонн в год. Этот объем более-менее привлекателен для инвестора. Все остальные добывают намного меньше - от пары десятков до пары сотен тысяч тонн. Между тем шахты, добывающие менее 300 000 тонн в год, еще в 2012 году считались глубоко убыточными, и без внешней постоянной поддержки они просто автоматом переходят в режим неконтролируемого сворачивания производства. Поддерживать их бесконечно невозможно.

Кроме того, шахты, предназначенные на консервацию и ликвидацию, имеют промышленные запасы меньше, чем необходимо для возврата инвестиций. Зачем их выставлять на приватизацию, остается непонятным. Можно предположить, что правительственные чиновники просто решили снять с себя ответственность, потому что объяснить шахтерам в лице профсоюзного актива, что у ряда шахт нет перспектив - просто невозможно.

Представители консалтинговых компаний тоже никаких практических обещаний шахтерам не дают. Их задание - помочь Минэнергоугля и ФГИ привлечь максимальное количество инвесторов и провести приватизационные конкурсы прозрачно и на профессиональном уровне.

«Компания имеет специализированную группу консультантов, которая оказывает услуги предприятиям ТЭК. И благодаря своему присутствию в 146 странах мира имеет возможность донести инвестиционные предложения буквально к каждому потенциальному инвестору. Мы подготовили так называемые «долгие списки» потенциальных инвесторов и намерены начать маркетинг среди них в ближайшее время», - заявил Богдан Яр

Консерваторы

Государство стоит перед большой проблемой - необходимостью изменить правила работы в угольной отрасли, при том, что сами угольщики ничего менять не хотят. До сих пор украинская угольная отрасль работает таким образом: дотации из госбюджета шахты получают на каждую тонну добытого угля, при этом не учитывается его качество, содержание в нем золы и серы. В итоги работает принцип: «Чем больше добыл, тем больше получил», а ответственность за качество конечной продукции сведена к нулю.

Весь добытый уголь, прежде чем поступить на ТЭС, должен пройти обработку на обогатительных фабриках. В Украине 95% обогатительных фабрик приватизированы, и до последнего времени их контролировали две компании: ДРФЦ и ООО «Энергобудпроммаш». С обогатительных фабрик уголь выходил уже с другой стоимостью, к тому же можно было манипулировать исходными данными по содержанию серы и золы, входящих и выходящих объемов.

Сегодня такой монополии уже нет, но сама схема никуда не делась. Если ситуацию не изменить, потенциальных инвесторов прежде всего привлекут шахты, где есть свои обогатительные фабрики, говорит Виталий Кропачев, бывший руководитель ГП «Торезантрацит». В этом плане наиболее привлекательными он называет шахты ГП «Селидовуголь»: «Новогродовская-13», «Россия», «Украина» и «Кураховская». Там есть свой законченный цикл добычи и обработки угля, включая обогатительные фабрики. На этот актив могут претендовать люди, приближенные к «семье».

Также, по его мнению, стоит присмотреться к шахте «Южнодонбасская-3» и некоторым шахтам ГП «Красноармейскуголь»: они стоят на больших пластах, и есть возможность развития добычи коксовой группы углей - а это уже совсем другие деньги.

Волынский и Львовский бассейны очень проблематичны - там всего несколько шахт, которые могут достойно конкурировать на рынке, среди них - «Нововолынская», «Межиреченская», «Червоноградская», «Степная», «Лесная». «Но, с другой стороны, надо внимательно смотреть. Как показывает моя практика: есть шахта, она не работает, но как только пришел частник - она заработала. И ей уже не надо дотаций, у нее увеличились объемы, даже не за счет инвестиций, а просто из-за оптимизации. Частник пришел заработать: есть программа - стабилизировать добычу, увеличить объемы, а потом идет прибыль», - поясняет Виталий Кропачев.

Наш собеседник добавляет, что в Минэнергоугля имеются детальные аналитические документы по каждой шахте, где расписаны и геологические особенности залегания и добычи, и степень износа оборудования, и уровень инвестиций. Инвестор получит максимальную информацию и сможет сам оценивать свои возможности и выставлять условия, при которых он готов работать.

Большие планы

Однако похоже, даже сами шахтеры не были поставлены в известность, что условия приватизации их шахт будут выписывать зарубежные эксперты. По крайней мере, 19 июня на встрече с лидерами шахтерских профсоюзов профильный замминистра Игорь Мартыненков обсуждал ситуацию с выплатами зарплат и ответственностью генерации, и по ходу предложил привлечь «известных и уважаемых в Украине заслуженных работников угольной отрасли, бывших министров к процессу реформирования отрасли».

Кстати, в очередной «Программе по реформированию угольной отрасли», датированной февралем 2015-го, но так до сих пор и не утвержденной Кабмином, есть очень здравые идеи по сокращению всех затрат путем оптимизации управления. Прежде всего предлагается на базе всех оставшихся госшахт сделать государственную угольную компанию (ГУК) в составе трех производственных дирекций - Донецкой, Луганской и Западноукраинской. При этом будет сокращено более 700 человек руководящего персонала.

Также предлагается ввести комплекс мероприятий, направленных на улучшение качества продукции, которые включают не только модернизацию оборудования и контроль на обогатительных фабриках, но и отмену ГОСТов, разработанных до 1992 года, и приведение их к стандартам СОТ. Планируется установить контроль продукции на каждом предприятии. Правда, как заметил Виталий Кропчаев, для этого придется в первую очередь все управления контроля качества на каждой шахте вывести из-под юрисдикции директоров шахт и подчинить их профильному департаменту министерства, или самому замминистра.

«Все это уже было, старая советская система это все разработала, но никогда в жизни Украина по этим правилам не работала. Все пытались заработать на обогащении, и миллиарды заработали», - констатирует наш эксперт. Эти шаги можно начинать уже сейчас, не дожидаясь никакой приватизации. Но почему-то власть не спешит этого делать.

Поскольку никаких официальных документов о начале приватизации угольных предприятий Украины ни Кабмин, ни Фонд госимущества не принимали, у компаний Ernst and Young и Deloitte есть достаточно времени, чтобы провести переговоры со всеми заинтересованными инвесторами, изучить технические документы и выставить Украине свои условия приватизации. Никто из опрошенных Forbes экспертов не рискнул дать даже прогноз, когда сможет начаться эта приватизация и какие суммы сможет от нее получить госбюджет.